Там реальность

Димка все надеялся на легендарный щит. У меня-то он уже есть. Спустились в Азгдакхах. Смотрим, там уже два левых игрока рубятся. Вот, думаем, и хорошо – легче будет. Присоединились, но, все равно, минут двадцать промаялись. И вот когда босс упал, а мы проверили его карманы, выскакивает из-за угла наш Илар-Кун, и тоже – хвать трофей. Оказывается, он и не дрался. Пришел, прохвост, пустил одну стрелу, и затаился. Поди, перекур устроил. А когда все прочие отработали, он вышел за трофеем.

— Грязненько-то как! — возмущению Женчи не было пределов.

— Димка его обматерил, а что еще сделаешь? Хорошо, что мы его из Гильдии выперли. Подлец, он и в игре подлец. Так что Моника-Гармоника твоя, поди, и в жизни такая же работящая и настойчивая, как в игре. На сто процентов никогда нельзя расчитывать, а шанс есть.

— А разве не может подлец в игре прикинуться порядочным человеком?

— Может, конечно. Иларчик раньше тоже хорошо себя вел. Но признайся... Если в Ирке плохие качества не сразу проявились, то и хорошими она тоже особо не блистала.

Думай, генерал. Думай. Должна же у тебя интуиция работать.

В городе Солостэнде проходил очередной фестиваль высоких костров. Среди каменных стен на площади появились разноцветные палатки с зазывалами. Знакомый бард выбрался из таверны и скакал с бубном между жонглерами. Гном у дверей своей пекарни предлагал всем купить у него два мясных пирога по цене одного, а торговец сладостями уже был окружен группой городских ребятишек.

Музыка гремела, отовсюду раздавался смех и оживленные разговоры. Цветочницы бросали в воздух пригоршни розовых лепестков, но мусору от этого на земле и на мостовой не прибавлялось. Бард запел:

Жгите, жгите костры, чтобы даже богам стало жарко.

Будем драконов коптить прямо в небе ночном.

Пейте, пейте медовое пиво, пусть бочку откроет кухарка.

Будет пьяным сегодня и эльф, и фелáнин и гном...

Мариэл мрачно бродил между прилавками и выставленными на показ чучелами в блестящих доспехах.

Толпа вокруг него была самая разномастная. При виде любой хрупкой фигуры персонажа в коричневых и зеленых одеждах у него вспыхивали огни в синих глазах, но тут же гасли, потому что каждый раз это была не Моня, а какой-то другой лесной эльф. Он не видел ее уже три дня, и, неожиданно для себя, ужасно затосковал. А Нинарию он увидел издалека. Ее трудно было не заметить в толпе. Даже среди других виков, она казалась больше, ярче и громче.