Контракт

Но работать я хочу на своих условиях, занимаясь чем-то интересным. А сейчас передо мной стоит выбор – или учиться, оправдывая ожидания отца, или идти в разнорабочие. Потому что без опыта и с моим возрастом меня больше никуда не возьмут.

- А разве твой отец не помог бы тебе устроиться?

- Помог бы, - Матвей усмехнулся. - Как раз разнорабочим. Грузчиком, например…

- И что в этом плохого? – поинтересовалась Рита.

- Ничего плохого, - он хмыкнул. - Но, если вопрос стоит таким образом – или учеба, или вагоны разгружать, я, пожалуй, предпочту учиться.

Это что, кажется тебе нелогичным?

- Ну, если вопрос таким образом стоит… - эхом повторила она.

И рассмеялась, поймав его чуть удивленный взгляд. Парень неожиданно подхватил смех, отчего Рите подумалось, что, наверное, впервые с начала всей этой истории они разговаривают так непринужденно. Только непонятно, почему Матвей так наговаривает на себя? Да, он самолюбив, и в этом его трудно винить, с такими данными сложно не поддаться любованию собой. Но в то же время он обладает изрядным запасом самоиронии и не считает себя пупом земли.

Сочетание тем более удивительное, что сам он это отрицает очень настойчиво.

- Все-то вам нужно на пальцах объяснять… Девчонки! – фыркнул Матвей, отсмеявшись.

- И откуда в вас, мальчишках, столько пренебрежения! – она с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться снова.

- Это я еще более-менее адекватен!

- Не прибедняйся, ты более чем адекватен! Что удивительно для мальчика твоего положения.

- За это следует поблагодарить моего отца, - неожиданно задумчиво после их легкомысленного тона признал Матвей.

- Он был строг с тобой? – полюбопытствовала Рита, и тут же прикусила язык.

Ей казалось, он не захочет обсуждать с ней настолько личные темы, что замкнется и больше никогда не будет с ней столь же откровенным, но, к ее удивлению, Матвей ответил:

- Он не был строг. В том плане, что никогда не кричал на меня, не применял силу… Он вообще не особо занимался моим воспитанием, позволяя мне на практике узнать все последствия нарушения запретов.

Знаешь, типа такого – не трогай раскаленное, а если ослушался и обжегся – твои проблемы, будешь умнее в следующий раз.

- Жестко, - признала Рита.

- По-своему эффективно. Я не могу сказать, что отец мне что-то запрещал. Лишь давал здравые советы и позволял убедиться, что лучше действительно слушаться. До недавнего времени я полагал, что ему и вовсе нет до меня дела.

Короткий взгляд на Риту – и девушка поняла, что Матвей пожалел о последних словах.