Лёд. Чистильщик

— Вот это мы с тобой влипли! — кивнула Катя.

— Ты ничего не употребляла в поезде?

— Ничего крепче чая, — сразу поняла мой намек девушка. — С семейными ехала...

— Беда, — ежась от кусачего морозца, пробормотал я и выкинул недокуренную сигарету в снег. — Слушай, надо как-то выбираться отсюда...

— Темнеет уже. — Катя затянулась и алой точкой окурка ткнула в хмурое небо.

Где-то? Выбор на самом деле невелик.

Я глянул на билетные кассы и решил, что должен взять инициативу на себя. В конце концов, мужик я или нет?

— Идем! — потянул девушку за собой.

Дернул ручку — заперто, пнул дверь — не шелохнулась даже. Окна разбиты, но на них решетки. А остальные строения чистые развалюхи; ветер сильней дунет, и обрушатся.

— Подожди, — попросил я Катю и отправился на задворки.

Порыскав там какое-то время, я вернулся с найденным в куче хлама тяжеленным ржавым гвоздодером. Холодное железо обжигало ладони, и пришлось перехватить инструмент, обвернув его рукавом куртки. Неудобно, зато пальцы не обморожу.

Вогнав изогнутый конец гвоздодера меж дверным полотном и косяком, я приналег, и трухлявое дерево не выдержало: хрясь — и пусть свободен.

— Ой, Александр, ты такой молодец! — обрадовалась Катя.

— Да просто Саша, — смутился я, настороженно заглядывая в темное помещение билетных касс.

Пусто, пыльно, холодно. Но зато здесь от ветра укрыться можно и костер развести не проблема. Только мебель на растопку не сгодится — сплошные пластик и ДСП.

— Саш, может, огонь разожжем? — будто прочитала мои мысли переступившая через порог девушка.

— Конечно, — кивнул я. — И окна чем-нибудь закрыть надо...

— Как думаешь, подойдет? — ткнула Катя носком сапожка стоявшую у входа здоровенную картонную коробку, заполненную всяким хламом.

— Вполне, — кивнул я и отправился на поиски дров.