Дочь Водяного

Мрак сделался непрогляднее и холодней космического вакуума, в котором нет даже световых частиц, вода у берега подернулась кромкой льда.

– Ответ мой тебе давно известен, и угрозы меня не запугают. Нет и не будет моего согласия на то, чтобы отдавать мои владения тебе на растерзание!

В голосе Хранительницы величие древней природной силы странно сочеталось с изначальной женской хрупкостью и обреченностью.

Властитель Нави опять сделал вид, что обиделся.

– Почему ты сразу о владениях речь ведешь? Сколько раз тебе повторять: люба ты мне, и я лишь хочу, чтоб и ты меня полюбила.

– Люба, говоришь? – подобравшись, ощетинилась шипами чертополоха и стрекалами крапивы Хранительница. – Как моя прабабка, которая после того, как ты ее бросил, слезами без остатка изошла? Мало тебе, окаянному, земных женщин, падких на твое золото? Готовы ведь и приласкать, и детей тебе родить!

– К чему мне эти дети, – проворчал гость. – Расчетливые да алчные, все в меня! И матери их не лучше. Кроме золота ничего и не видят.

Да и не нужны они мне. Мне ты нужна.

– Да ты мне не нужен! – простонала Хранительница. – Ни ты, ни твое злато. У меня получше сокровища есть.

– Сегодня есть, а завтра не будет! – сорвался незваный гость, закручиваясь черным смерчем. – Я, на что глаз положил, и без всякого спроса возьму. Жду твоего ответа до вечерней зари, а после – пеняй на себя!

***

– Ух пробирает водичка! Холодненькая! – с удовлетворенной улыбкой выбрался на берег Мудрицкий, вытаскивая полные садки каких-то дафний, пиявок и лягушачьей икры.

– Да ты, я погляжу, тут совсем окоченел. Странно. Воздух вроде бы уже теплый. Впрочем, с непривычки-то понятно. Зато видишь, какой туман. Значит, завтра будет вёдро, как говорит Кузьмич.

Михаил хотел бы рассказать о том, что туманом растеклась над рекой безутешная в своем горе Хранительница. После ухода докучливого визитера она долго сидела, пригорюнившись, прямо как классическая Аленушка, все смотрела на Андрея, потом, тряхнула волосами, видимо, принимая какое-то решение, и исчезла.

Неугомонный Мудрицкий все-таки показал плотину, не забыв посетовать на гибнущий от загрязнения лес. Михаил его слушал, собирал по пути травы, отгоняющие нечисть, и искренне сожалел, что ученому не дано понять истинных причин постигшего его край бедствия. И где только этот властитель Нави лаз нашел?

– Ну что, всех русалок разогнали? – с хитрой улыбкой приветствовал их по возвращении Кузьмич.