Андер. Книга первая

Андеру, который был до меня, стоило всерьёз опасаться Ауриту.

Когда мальчик заработал свой недуг, то моментально переключил всё внимание на себя, создав его дефицит для своих сестёр. Андеру доставалось сочувствие, повышенная забота и внимание. И если Ника, в силу своего возраста, пока этого не понимала, то Аурита уже была способна делать какие-то выводы.

Хотя со стороны Норта он Сворта всё оставалось на прежнем уровне: плевать он хотел на собственного сына и на дочерей, то со стороны слуг это ощущалось очень сильно.

Там, где девочкам могли серьёзно попенять, а то и наказать, парень обходился только ласковыми увещеваниями. Да и кто в здравом уме будет наказывать ребёнка, который не осознаёт своих поступков? Всё что он мог — мычать и плакать.

Именно тогда Аурита узнала, что в виду недееспособности и умственного недуга Андера, роль главы Рода когда-нибудь придётся принять ей, если он Сворт не женится и не сделает себе наследника. Цепкий детский ум очень хорошо запомнил эту информацию.

И плевать, что подобный случай, когда во главе дворянского Рода становилась женщина, был в истории Империи всего один. Он — был. А раз так, то ещё не всё потеряно.

И Андер это прекрасно знал.

Что сейчас можно было ожидать от неё, я не даже не предполагал, поэтому из ванной я выходил собранный, готовый к самому неожиданному развитию событий...

* * *

Как ни странно, от разговора с ней меня спас Константин Арнье, который, видимо, отдал необходимые распоряжения своим подчинённым, а сам направился ко мне.

И это было на руку, поскольку я не был готов к этому разговору. Слишком много всего навалилось на меня с момента моего появления здесь, поэтому сейчас копаться в детских мотивах и настроениях очень не хотелось.

— А вы как здесь оказались, юная баронесса? — учтиво спросил Константин у нахохлившейся Ауриты. — Вас же попросили не покидать комнату без лишней необходимости.

Всё это было сказано спокойным тоном, с толикой уважения к девочке, но при этом в голосе явно чувствовался укор и строгость.

Мысленно отдав должное его учтивости, я решил вмешаться. Нет, совсем не для защиты. Скорее, просто заработать несколько лишних баллов в глазах сестры. Приём старый, как мир, но от этого не ставший менее действенным.

— Константин, всё нормально, — застегнул я две последние пуговицы на новой чистой рубашке. — Она просто хотела со мной поговорить. Это же не запрещено?

Арнье, хитрый лис, сразу просёк, что к чему.