Андер. Книга первая

Решение мне снова невольно подсказал Константин, предположив, что для того, чтобы войти в это состояние, мне нужно максимально воссоздать ощущения, которые я испытывал в тот момент, когда случился выплеск сырой магической силы, отправивший на тот свет старого барона.

Что же я ощущал?

Боль.

И запах.

Удушливая смесь ментола и корицы. Именно это мне врезалось в память больше всего.

Ещё ненависть, презрение к барону и лютое чувство злобы, направленной на него. Злобы за то, что я не могу адекватно среагировать на его волшбу, не могу ответить тем же.

Злобы за то, что меня забросило в это хлипкое детское тело, которое можно соплёй перешибить. И пока я смогу привести его в относительную норму, пройдёт немало времени.

Злобы на то, что не могу наказать барона за всё то, что он сделал со своей семьёй. Ну не должны подобные ублюдки существовать, причём неважно, что это за мир и по каким законам живёт.

Мои чувства настолько тесно переплетались с эмоциями Андера, что в подобные моменты я переставал отделять их от своих, что мне категорически не нравилось.

Эдак сам не заметишь, когда подростковые гормоны вмешаются в мои, обычно, взвешенные решения, в результате чего я сотворю что-то экстраординарное, о чём придётся крепко пожалеть.

Коктейль из противоречивых эмоций бурлил в молодом организме, постоянно путая меня и сбивая с толку. С одной стороны, мне должно было бы плевать на тех, кого я никогда не знал, а с другой – я не мог не реагировать на всё это.

И просто бросить всё, начав жить так, как мне хочется – непозволительная роскошь, которая, боюсь, не найдёт одобрения в местном обществе.

Отныне мне нужно было соответствовать той роли, которую я невольно взвалил на себя, когда натянул на палец злосчастный родовой перстень. Понятно, что будь у меня выбор, я поступил бы аналогично, но обязательства, которые я на себя при этом взваливал, были той самой горькой пилюлей, подсластить которую у меня получится ой как не скоро.

* * *

Очередной день в этом мире близился к концу. Расположившись за столом, я задумчиво рассматривал лежащий передо мной штар.

Когда я касался его рукояти, возникало странное чувство некоего комфорта, будто за считанные секунды шершавая оплётка оружия успевала напитаться теплом моей руки. Если руководствоваться элементарными законами физики, это было совершенно невозможно, но - факт налицо.