Лёд. Кусочек юга

— Лед! Ты и дальше собираешься подработками перебиваться? В контору ведь не вернешься, правильно?

— Не вернусь.

— Так, может, пора сорвать банк? Надежное дело, хороший доход. Стабильность.

— Ну да, — криво усмехнулся я. — Посадить дерево, построить дом, вырастить сына. А то у меня как-то все наоборот. Деревья рубил, дома жег...

— Детей-то хоть не убивал? — пошутил Ермолов.

Я вспомнил малолетнего вампира, опасного будто гремучая змея, и поморщился.

— Да как тебе сказать...

— Все, закрыли тему! — выставил перед собой руку Шурик и отпил кофе. — В общем, треть трафика от этих окон нам с тобой на двоих, что скажешь?

— Скажу: почему только треть?

— Потому что делиться надо. Иначе запросто куском пирога подавиться можно. Так ты согласен?

Я опустил бумажный пакетик в чашку с кипятком, подержал, вытащил, снова опустил.

— Излагай, — разрешил после недолгих раздумий.

Слишком уж заразительной оказалась уверенность приятеля в том, что перехватить контроль над окнами не составит особого труда. Да и деньги на кону стояли немалые. Опять же — стабильность. Пусть не дерево, дом и сын, но постоянный доход дорогого стоит.

Шурик с явственным облегчением перевел дух, кинул скомканную салфетку на пустое блюдо и сказал:

— В восемь в «Цапле» встретимся с представителем второго пайщика.

— Какой ты загадочный, однако.

— В восемь. В «Цапле».

— Буду, — сдался я.

Зря, наверное. Впрочем, отказаться никогда не поздно.

Шурик снял с вешалки короткую куртку с меховым подбоем и вздохнул.

— На службу пора.

— Перетрудился, бедный, — усмехнулся я и в несколько глотков влил в себя остывший чай.

Дрянь! Ненавижу бумажный привкус. Никто не чувствует, а меня просто выворачивает, хоть не пей вовсе.

— Все, до вечера! — начал подниматься Ермолов, но я его остановил.

— Погоди! Запиши мой новый номер.

— Ты их каждую неделю меняешь, что ли? — фыркнул Шурик.