Куда не проложены рельсы

— Во-первых, — продолжал местный, — я помогу тебе в твоём деле, в поисках брата. Я уже расспросил всех стражей, а к вечеру буду знать наверняка, появлялся ли кто, подобный тебе, в Мастерской Гигантов. На закате я приду и расскажу. И приведу свидетелей, если найдутся свидетели.

— Благодарю, это здорово упростит мою задачу, — снова кивнул нав.

— Во-вторых, глава общины поручил мне передать денежное вознаграждение за выжженную повитель.

Страж достал из сумки узорчатый мешочек — кошелёк, выудил оттуда и показал несколько монеток.

Все они были одинакового диаметра, толщины и рисунка, но из разных металлов: золота, серебра, меди, алюминия, каких-то сплавов. На аверсе у каждой монеты был отчеканен глаз с вертикальным зрачком, на реверсе — то ли редкозубый гребень, то ли корона, то ли ряд заводских труб.

— Мастерская Гигантов чеканит свои деньги, — пояснил страж, встряхивая кошель. — Их ценят по всем окрестным землям. У нас на эту сумму, ­можно жить около месяца, в Столице — неделю, а в каком-нибудь захолустье хватит на год.

Обменный курс металлов меняется. В любой лавке, на любом постоялом дворе его всегда вывешивают на самое видное место. Я насыпал тебе разных монет, чтобы у тебя был выбор, чем выгоднее расплачиваться.

Нав уточнил — запомнил обозначения металлов и курс, актуальный здесь и сейчас. Принял кошель.

— А вот это, в-третьих, от меня. За возвращение внука, — страж вынул из сумки второй мешочек, больше и грубее на вид. Там оказались разных размеров винты, болты, шайбы, гайки и прочий крепёж.

Ухоженная сталь поблескивала смазкой. — Твой зверь ни в чём таком не нуждается, но если ты будешь иметь дело с настоящими машинами, то пригодится. Знай: в иных местах такое меняют на платину по весу.

— Благодарю. Ты удивительно щедр, страж.

Настолько щедр, что нав заподозрил подвох. В лучшем случае, ему хотели ограничить контакты с местными и побыстрее спровадить восвояси. В худшем…

Огневик улыбнулся: ни лжи, ни дурных намерений не ощущалось в нём — радушие и неколебимое спокойствие.

— У нас в Мастерских принято платить за хорошую работу, которую не понадобилось делать самим. Кстати, в-четвёртых, я готов ответить на твои вопросы, гость. На какие смогу.

Вопросов накопилось немало.

— Страж, почему ты называешь зверем то, на чём я приехал?

— Ну, а как же ещё? Называю зверем, потому что он живой. Тебе, наезднику, лучше знать, почему он притворяется машиной, почему бегает только по рельсам? Был ли он некогда рождён или сотворён?

— Я не знаю.