Есть ли у Города душа? (Второй черновик)

«Уж не обманка ли все это? Дурят мне голову», – подумал Том с тревогой, но решил пока что не записывать этих двоих в защитники темных фигур.

– Только ехидничать и может! – взгляд Инны, устремленный на напарника, стал обиженным, пальцы впились в обивку подлокотников. – Лучше бы сделал хоть что-то, а то только критикует и критикует!

Константин не дрогнул:

– Когда мы в последний раз воплощали твои задумки, то у нас пропала копия генерального Замысла. Вторую нам уже не выдадут, и скажу честно, работать наугад ужасно утомительно.

– Не слушайте его, Инспектор. Вводных и правда мало, но полагайтесь на свое чутье. Оно вас не подведет! Том понимал, что ступает на тонкий лед, и приложил все силы, чтобы следующие его слова не прозвучали как угроза.

– Может, тогда тот сбежавший человек сам мне что-то и разъяснит.

– О! Хохо-хо! Он ему та-а-а-а-а-ак разъяснит! – смех Константина был искренним и звучным, совершенно неподходящим под кабинет капитана-инспектора.

– Потом будем не одного, а двоих в Город возвращать!

Тому показалось, что Инна сейчас вскочит и поколотит Константина, но возникший на какой-то миг гнев в ее взгляде сменился задумчивостью, а потом и вовсе на губах расцвела улыбка. В этот момент смех Константина оборвался. Его лицо стало серьезным, он как будто отчаянно пытался понять, где прокололся.

– В коем-то веке ты сделал очень мудрое замечание. Капитан-инспектор за своего сотрудника поручился, и я не вижу причин ему не верить, – Инна поднялась, одернула пиджак.

– Я вам кое-что расскажу, Инспектор. Немного, но это точно поможет в нашем общем деле. Только не здесь. Пойдемте.

Пока они шли по коридорам Управления, пока Том забирал пальто и фуражку, Константин безуспешно взывал к совести и рабочей этике напарницы, требовал благоразумия и даже угрожал неким Судом. Инна молчала и всю дорогу, каждым жестом и каждой полуулыбкой изображала бесконечную величественную жертвенность во имя высшей цели.

В этом своем актерстве она так сильно напоминала Анну, что Тому даже стало немного тревожно.

Во дворе Управления их ждал самоходный экипаж.

Он был старенький, серый, местами тронутый ржавчиной, особенно у подбрюшья. Том и Инна устроили на заднем сидении, Константин уселся впереди за рычаги управления. Рыжий тоже попытался втиснуться в низкую кабину, но оказался слишком крупен.