Роза для Азора

Савелий коротко кивнул, говорить ему было трудно. Он гладил ее по голове, шептал что-то, что именно, он и сам не понимал. Что-то подобное матери шепчут маленьким детям, заговаривая боль от ссадины на коленке.

— Она не хочет ехать в больницу. Вроде с ней все нормально, но надо бы понаблюдать. Если вы будете с ней, то можно и домой, если уж она так ни в какую. — Савелий слушал врача, отвечал что-то утвердительное и, отчаявшись увидеть лицо Анны, взял ее за руку.

Боль от укола пронзила ему палец, Савелий бережно поднял руку Анны и остолбенел.

Она крепко сжимала стебель сухой розы. Глядя на собственную кровь на шипе сухого цветка, Савелий мучительно пытался осмыслить произошедшее. Судя по выбитым стеклам и копоти на стенах, квартира выгорела дотла.

Анна жива. Каким-то образом уцелела роза из сухого букета. Савелий отлично помнил его, видимо, с ним у пары были связаны какие-то романтические воспоминания. Но ему букет запомнился именно поразившей его красотой композиции. Он все хотел спросить, кто из них составлял букет, но так и не спросил.

— Это чудо, что она жива, — доносились до него слова врача.

— Это, скорее, чертовщина, — произнес мужской голос. Савелий оглянулся – подошедший пожарный протянул ему небольшой холст. — Вот, тоже нашли. Только роза и картинка остались. От всего остального только угли.

Анна резко отстранилась от Савелия, схватила холст. Савелий увидел эскиз к той самой картине. Красавица в облике Анны протягивала ту самую розу мохнатому чудищу. Савелия в который раз поразил контраст между обликом зверя и нежностью, с которой он смотрел на Красавицу.

И в который раз подумал о том, что он бы так не смог, и что дар Дениса превосходит его собственный.

— Да, да мы поедем домой, если что, конечно, вызовем… — он заверял врача, что все будет нормально.

Пожарный все стоял и смотрел на Анну. Смотрел с удивлением, смешанным с ужасом. Савелий понял, что надо уходить. Уходить как можно быстрее, пока недоумение чудесным спасением Анны и двух фрагментов обстановки не переросло в подозрения, что что-то тут не так.

Анна передвигалась нормально, почти ушла заторможенность, они спокойно дошли до машины. И как только они свернули за угол дома, раздался звук сирены. Савелий резко увеличил скорость. Он знал, что это за сирена и счел за лучшее увезти Юльку-Анну от их расспросов. И увезти полотно с эскизом и розу во избежание конфискации как вещественных улик. Увезти розу, которую Анна так и не выпустила из рук.

Они ехали в молчании.