Роза для Азора

Силы Дениса были на исходе. Обессилел и Гиви. Он не выпускал уха из пасти, но Денис видел прозрачную пленку, постепенно заволакивающую глаза друга. Он понимал, что это значит. Конец?

Одна из иголок упала ему прямо на глазное яблоко. Она затрудняла обзор, но особого дискомфорта не наносила. Легла мягким перышком, - усмехнулся он про себя и стал водить глазами вправо-влево, надеясь, что зеленая гостья как-нибудь соскользнет, и он восстановит нормальный обзор.

Дыхание Гиви стало тем временем более тяжелым, ноздри раздувались в попытке захватить больше воздуха.

Но пленка, заволакивающая его глаза, отвоевывала все больше места. Денис сознавал, что Гиви погибает, от отчаяния на его глазах выступили слезы. И вдруг слезная капля, задержавшуюся иголке, сработала как линза. Луч местного светила расщепился и заиграл разноцветными красками.

— Интерференция, – вспомнил Денис. – Значит кой-какие законы физики здесь все-таки действуют.

И тут он вспомнил. Вспомнил игру света в волосах Анны, когда она по его просьбе собирала и поднимала их кверху, обнажая доверчивую, нежную линию шеи.

На этом сеанс позирования обычно заканчивался, и Анна, радостно отзываясь на его ласки, шептала ему, что он сексуальный маньяк, а не художник. Он возмущенно брал ее в окончательный плен, и они улетали вместе с искрами, так и не покидавшими ее волос.

Нет! Нет! Не конец! Он еще может ее спасти. Нет, не так. Должен.

Денис увидел, как глаза Гиви окончательно заволокла молочная пленка. Его пасть разжалась, и чудовище получило полную свободу действий.

Оно прижало Дениса всем своим весом. Он успел увидеть Гиви, неподвижно лежащего рядом. Глаза друга были открыты, но полностью затянуты белесой пеленой. Похоже, что он не дышал.

Зверь издал звуки, походившие на хохот, и сжал лапами шею Дениса. Когда Денис зашелся в кашле, чуть отпустил, дал передышку и стал душить снова. Это развлечение чудища продолжалось и продолжалось. И Денис, кажется, впервые понял, что такое отсутствие времени. Что это ад. Пытка могла продолжаться вечно.

При этом жертва не погибала, она просто мучилась столько, сколько надо было чудищу.

Денис понимал, что гибель неминуема. Он закрыл глаза, пытаясь вызвать в памяти образ Анны. Но это не получалось. Вместо Анны перед его внутренним взором возникала какая-то крупная кошка, похожая на рысь. И на кончиках ее остевой шерсти играли те же волшебные блики, которые сводили его с ума в волосах Анны.

Рысь вдруг выгнулась дугой, зашипела и исчезла.