Сказки города

Квартирка у них была небольшая, они делили ее с Максимовым братом. Такой же широкоплечий и светлолицый, словно поцелованный летним солнцем, брат был с детства прикован к коляске — несчастный случай. Таисия видела его на заднем плане, но за все время они едва сказали друг другу что-то большее, чем «Привет». Брата звали Илья, и Таисия про себя окрестила его Муромцем — тридцать лет и три года… Надя все хорошела и росла — гладила свой большой живот и показывала снимки с последнего УЗИ. Они ждали мальчишку.

Он родился в марте.

Крупный, горластый, здоровый. Назвали его Андреем. Надя родила быстро и легко, на зависть соседкам по палате. Молока у нее было на троих, да Андрюша за троих и ел. Он быстро рос, быстро креп, и спустя полтора месяца новоявленные бабушка, дедушка и тетушка собрались на крестины.

В последний момент Таисия заболела. Ничего страшного, но температура поднялась, нос потек, и она, скрепя сердце, осталась дома.

—Да ну, заражу еще Андрюшку! — отмахнулась она от уговоров. — Лучше попозже приеду, как поправлюсь.

Надя расстроилась и хотела было и вовсе переносить крестины, но тут уж уговаривать стала Таисия. Надя нехотя согласилась и взяла с сестры обещание приехать не позже чем через две недели.

На следующий день после крестин Таисию разбудил звук скайпа. Голова была тяжелой, и она не сразу сообразила, откуда идет это дзыньканье. Потом увидела на телефоне улыбающуюся Надюшкину аватарку и удивилась, отчего сестра звонит в такую рань.

Звонил Илья. Он плакал.

—Таисия… Они все… Нет их больше.

—Не правда! — крикнула Таисия и нажала на сброс.

Ее сердце зашлось от страха. Она почти поверила, что спит. Она почти поверила, что бредит. Потом, вечность спустя, уже с сухими глазами, решилась позвонить, и Илья ей все рассказал.

Они ехали с крестин, и начался ливень, просто потоп. Видимость — почти нулевая. Навстречу шла груженая фура, и ее занесло. Мама и отец умерли на месте, Максим — в скорой. Надя — уже в больнице. Андрюшка выжил. Ни царапины.

—Где он? — спросила Таисия, почти шепотом.

—Пока в больнице. Потом переведут в детдом. У него родственников — только мы, а мы… — он не сказал «инвалиды» — Нам не отдадут.

—Посмотрим, — сказала Тасия и добавила — Держись.

Собираться не было нужды — чемодан уже стоял, упакованный до болезни. Таисия только бросила туда свое единственное черное платье. Заказала билет на ближайший рейс, пристроила кота к соседям, напилась терафлю и помчалась. К племяннику.