Последний город

– Очень надо,– фыркнул парень.– Слушай, Марк, а ты чего такой спокойный?

– Я не спокойный, я отлить хочу,– переступив через опломбированный канализационный люк, ответил я чистую правду.

– А если серьезно? – отчего-то решил, что это шутка, Эдуард.– Не страшно?

– Страшно.

– Ты ж не в первый раз? – удивился Ян.– Артур говорил…

– Не в первый,– не чувствуя особой радости, усмехнулся я.– Поэтому и страшно…

– Расскажешь? – сразу же вцепился в меня Эдуард.

– После впечатлениями делиться будете,– обернулся к нам Артур, успевший по дороге нацепить на висок диск магофона.

– Времени в обрез…

– Вот куда-куда, а туда никогда не поздно,– вполголоса проворчал я и указал на мрачную коробку здания Конторы на той стороне перекрестка.– Пришли уже…

– Живее, говорю,– поторопил нас Станке и выудил из кармана начатую пачку ароматических пластинок.– Берите, а то будете еще перегаром дышать…

– Да прям,– возмутился Ян, но пластинку все же взял.

Мы с Эдуардом тоже отказываться не стали.

И в самом деле – нечего лишний раз нарываться. Нам и так есть за что по самое «не балуйся» вставить.

Старое здание Службы Контроля пользовалось у окрестных обитателей крайне неоднозначной репутацией. С одной стороны – хоть злобные оперативники никого и не хватали на улицах, а из подвалов не доносились жуткие крики пытаемых во время допросов бедолаг, местные жители традиционно служащих Конторы побаивались. С другой стороны – ровно такое же отношение складывалось и у жуликов всех мастей, и на окрестных улочках было куда спокойней, чем в тех районах, где за поддержание порядка целиком и полностью отвечали замотанные службой жандармы.

Даже пиявки – нелегальные скупщики крови,– и те обходили стороной прилегающие к нашему зданию кварталы.

Само же здание ничем примечательным на фоне соседних строений не выделялось. Пять этажей, серые стены, пологая крыша с наглухо задраенными чердачными окошками.

На всех этажах – ровные ряды освещенных оконных проемов, скрывавших происходящее внутри за вечно опущенными жалюзи. И вот ведь какое дело – ни мне, ни знакомым оперативникам никогда не доводилось бывать в рабочих помещениях с выходившими на улицу окнами. Всегда либо окна во двор, либо и вовсе глухие стены в кабинетах.

Попасть в Контору, кстати, тоже можно было исключительно через внутренний дворик.