Перерыв (пьеса, памяти Дмитрия Александровича Пригова - 15 лет.)

Эдакая проекция смысла на нашу реальность.

Панкратьев – Но, говоря, об основных цветах, можно обойтись несколькими. А их оттенки, словно диалекты и наречия, которые, в принципе, ничего нового не привносят.

Радомлин – Да, именно по этой причине я для палитры оставил бы всего три цвета, присвоив каждому свой смысл. Так, например черный – это символ тайны. Белый – олицетворение видения и восприятия. А красный, для меня, во всяком случае, это цвет жизни.

Панкратьев – Трех вполне хватит. Благодаря красному, можно избежать монохромности.

Так ведь?

Радомлин – Именно для этого.

Панкратьев – Черный с белым, идеально дополняя один другой, как бы намекают на равенство и декламируют: “ГРАЖДАНЕ! НЕ ЗАБЫВАЙТЕСЬ, ПОЖАЛУЙСТА!”

Радомлин – Вы мастерски цитируете. Словно, делали это каждый день. И ваш уровень, вас можно поставить в один ряд с Кибировым.

Панкратьев – А вы на равных с Рубинштейном и Иртеньевым.

Радомлин – Только по части иронии.

Панкратьев – А почему бы и нет? Не все ж на серьезных щах воспринимать надо.

Радомлин – С одной стороны так.

Панкратьев – Сегодня, вас на этой станции, еще никто не слушал. В плане декламации, конечно же. Может, прочтете что-нибудь.

Радомлин – Если, из цикла работы с советским мифом, то вполне вероятно.

Панкратьев – Что вам ближе, или что на ум первое приходит.

Радомлин на момент задумался и начал сидя читать по памяти, с нескрываемым выражением, как ему уже приходилось делать, неоднократно.

Апокриф Селекционера.

Когда здесь на мосту стоит Селекцанер

Ему до Кунцево простор весь открывается.

На Север и на Юг глядит Селекционер

И Россия за ними раздвигается.

И поле, где стоит Селекционер –

Вид на него оттуда раскрывается.

Повсюду виден Селекционер

С Запада виден Селекционер

С Востока виден Селекционер

С Европы виден Селекционер

С Америки виден Селекционер

А на Земле…. Так он и не скрывается

Панкратьев выслушал и почти сразу начал свою мысль. Радомлин внимал, сидя на той же лавке рядом.

Панкратьев – Довольно живо, но все это уже слышали, в том или ином виде.

Сказал бы я не стилизатору. А, ведь, очень точно расставлены приоритеты. Ведь селекция, это как раз оттуда. Может, это конечно не “лицо” и не национальный герой и не самый яркий пример для подражания, однако достойно внимания. Вспоминаются плоды творений Лысенко и Троепольского, ведь именно они и стояли у истоков, а вам, через призму концептуализма, удалось перенести нечто непереводимое в мир поэзии.