Последний Контракт Том 3.

Доковыляв и ощущая, как ноги с каждым шагом отдаются пульсацией боли по всему телу, я подошёл к раковине и, открыв кран с холодной водой, стал умываться.Бинты, покрывающие ладони, намокли и пропитались водой, но мне было всё равно.— Ха... — выдохнул я, схватившись за раковину и посмотрев в зеркало.Всё то же лицо парня восемнадцати лет. Всё те же синие глаза цвета океана. Вот только сейчас под этими глазами виднелись ярко выраженные темные мешки и вся кожа приняла неестественно бледный вид.Ещё раз умывшись, я не стал возвращаться в кровать, а просто прислонился к белоснежной стене и сполз на холодную плитку пола.

Голова постепенно стала проходить, а тело не так сильно изнывало. Поэтому я поджал ноги в коленях и, положив на них руки, откинулся к стене, вперив взгляд в потолок и вентилятор.Хотелось бы верить, что всё произошедшее являлось сном, но это не так.Я и правда шагнул в бездну. Переступил порог той грани, откуда нет возврата, так почему я ещё жив? Почему не превратился в чудовище, ведомого безумием с целью убивать? Не знаю. .. Сила воли? Чушь собачья.— Сила воли... — печально ухмыльнулся я и посмотрел на задрожавшие руки.Эти самые руки убили их. Эти самые руки сжимали тот окровавленный нож и пистолет.— Виктор Романов, — тихо заговорил я, оторвав взгляд от потолка и понурив голову. — Сержант морской пехоты Российский Федерации... Получил ранение в Ливане, награждён за службу... Отправлен в Клинику психиатрии им. С.С. Корсакова... Диагноз - Диссоциативное расстройство идентичности. Ощутив на левой щеке влагу, я поднял дрожащую руку и стёр пробежавшую слезу.В голове была лишь пустота... И воспоминания, которые я запер когда-то внутри себя.Встреча с Виктором... Тем, кто являлся частью меня самого, разорвала удерживающую платину памяти. Теперь я вспомнил всё.Полученное ранение и увиденный в Ливане ад слишком сильно ударил по моей психике. Отделение бойцов, за которых я нёс ответственность, было истреблено полностью из-за засады. Столько молодых ребят... Столько лиц, переполненных болью. Я вспомнил их крики, молящие о помощи. Вспомнил, как они звали своих матерей, находясь в лужах крови и потрохах.Выжил лишь я... Но лучше бы меня убили вместе с ними. Ведь именно в том аду, где мой разум пребывал в настоящем хаосе, родился второй «Я». Тот, кто понимал меня лучше всех. Тот, кто стал для меня опорой и советником. Во всяком случае... Так я думал.Пять долгих лет врачи клиники им. С.С.