Последний крик банши

А банши разрывается между желанием убить сразу или сначала помучить жертву, наслаждаясь ее страданиями. Медленно приближаясь, видя страх, панику пытающегося отползти подальше мужчины. Он что-то говорит, но банши не знает пощады. Занесенная рука, в которой для последнего удара собирается вся тьма, что таилась внутри.

Кажется, дальше грохнул взрыв.

Максим бросился вперед, чтобы поймать падающую ничком женщину, но властный окрик остановил его на ходу.

— Стой!

Ему не нужно говорить: «Право инквизитора». Ибо его право абсолютно.

— Да, па.

Максим развернулся к отцу, на лице которого играли желваки. И пропустил еще один удар, только теперь не от ведьмы. В скулу.

— Ты че...

Договорить ему не удалось, новый удар под дых выбил воздух, сгибая пополам. Но давать ему отдышаться никто не собирался. Схватив сына за волосы, главный инквизитор поднял его голову, глядя Максу в глаза.

— Ты понимаешь, что творишь?

— Понимаю, — просипел он в ответ.

— Нет, ты не понимаешь.

Ты вступил в заведомо неравный, проигрышный бой, не имея ни опыта, ни знаний, ни должных навыков. И чуть не погиб. И ладно ты, дурак, подставился. Думаешь, убив тебя, она бы остановилась? Смерть чувствует жизнь, та притягивает ее, как магнит железо. Банши выкосила бы этот поселок и пошла к следующему. А потом к следующему. И знаешь, что самое интересное? — Аверин-старший сильнее натянул волосы сына, Максим скривился, но не издал ни звука. — Чем больше она убивает, тем сильнее становится. И когда банши входит в раж, делаясь одержимой, справиться с ней сможет только большой отряд лучших и сильнейших инквизиторов. И то не без потерь. Понимаешь теперь?

— Да.

— Ни хрена ты не понимаешь. — Главный инквизитор сплюнул. — Заигрался ты, Максим. Бери свою ведьму и неси ее в машину. Поведешь сам, а я поеду с ней. Надеюсь, когда мы вернемся в главк, Екатерина придет в нормальное состояние.

— А нам очень нужно возвращаться в главк? — потирая скулу, спросил Макс.

— Очень. Нас там ждет полумертвый и полусумасшедший свидетель. И от Екатерины зависит, придет ли он в норму или нет.

Максим поднял Катю на руки. Нести обмякшую женщину без сознания, пусть и весила она немного, оказалось тяжело. Но инквизитор, стиснув зубы, нес ее к черному «Кайену», стоящему рядом с домом.

— Я могу забрать вещи и кота? — спросил он.

— У тебя три минуты, потом я уеду.