Кильды: держатели Миропорядка

Мимо прошмыгнул ржавый указатель, и машина в последний момент успела прошмыгнуть на поворот. Девушку кинуло на противоположное стекло, потом тряхнуло и она ударилась головой о потолок. Владимир выдохнул. Святосвета хотела что-то высказать, что смолчала, вспомнил, кто она, а кто ее водитель.

Вскоре радио начало давать помехи, и Владимир выключил его окончательно. Так что, ехали в тишине. Чем дальше они отъезжали от магистрали, тем сильнее растительность забирала в свои объятья асфальт. И удивительно, что на дороге за все эти годы не появилось ни одной ямы.

Только разметку смыло.

«Давно здесь никого не было. И вот сунулся я. Не скоро вернусь, а я ведь, зараза, обещал. Обещал Элеши, и опять нарушу. Надо сделать все быстро и слаженно, чтобы к Субботе быть дома».

Как-то незаметно деревья закрыли собой небо. Как пляжные зонтики они лишь изредка пропускали струйки света. Вместе с тем, воздух стал влажным и склизким. Владимир закрыл окно, так как стало слишком много комаров. Уже не получалось ехать быстро: дорога была прямая, но заросшая, как футбольное поле.

Иногда Влад жал на тормоза, и из-под колес разлетались брызги. Луж было хоть выпевай все до последней капли. Так и доехали они до ржавых ворот, которые, к счастью, оказались распахнутыми на распашку, как рубашка в жаркое лето.

Владимир остановил машину. Среди зарослей тянулись стройными колоннами панельные дома, поросшие плесенью. С крыш, как ноги рабочих, свисали кусты, а трава на земле тянулась кверху, как торжественные трубы пионеров на плаце.

- А что это за эмблема? Вот тут на плече? – проснулась ото сна Святосвета.

Не отрывая взгляда от деревянных хат и поваленных заборов, Владимир произнес: «Это эмблема Департамента. Видишь обоюдоострый меч? Он оплетен хвостами «священных животных» по обе стороны от него. Сверху луна и солнце. Думаю, ты сама догадаешься, кто под чем находиться».

Егерь глянул в другую сторону и увидел грунтовые дороги, заросшие крапивой и кипреем. А вдалеке продолжались бесконечные зубья высоток.

На секунду даже показалось, что Перелеск не такой уж и покинутый город. Там вот окна распахнуты и из них паутиной вылетают тюлевые занавески. Хозяйка, наверняка, решила проветрить комнату. Здесь вот ворота конюшни открыты, словно хозяин ожидает своих родственников в гости. Но потом Егерь опустил голову и увидел торчащие арматуры, позеленевшие брошенные чемоданы, разбитые бутылки. Где-то еще сушилось истлевшее белье.

Но было одно место, где ничего не росло.