Огненный принц из Маншаллы

Платят прилично. Как минимум, сможешь в столицу переехать бесплатно. Все военные там живут.

-- Спасибо, но нет. – Я покачал головой. – У меня немного другие планы.

Предложение неплохое, и идея кататься по запретной зоне вместе с разведчиками мне нравилась, но я вёл охоту на тварь, от которой разведка меня лишь отдалит. Всё же, подневольный в военизированном подразделении – не самая свободная роль, а свободу действий терять не следовало.

-- Как хочешь. – Кивнул Шрам. – Предложение останется в силе. Если передумаешь, обратись ко мне.

-- Словечко за меня замолвить ты в любом случае сможешь, -- сказал я. – Перед Ходаревым. Я хочу поступить в академию.

Алла напряглась, когда услышала эту фамилию.

-- В Грозненскую академию намылился? – Шрам вскинул брови от удивления. – Забудь. Чтобы туда попасть, надо родиться с золотой ложкой в заднице, и никакие военные подвиги не смогут изменить Закон взаимодействия простолюдинов со знатью.

Олеся как-то рассказывала Жене об этом законе. Он пресекал простолюдинам доступ к большинству привилегий, которые имели представители знатных родов.

В том числе к праву поступить в Объединённую Академию Охотников. Единственное, что светило простолюдину с иммиграционным пропуском – возможность прислуживать дворянам в развлекательных заведениях, и находиться в более безопасном, относительно провинций, месте.

-- Я вспомнил, где видел тебя, Алла, -- произнёс Шрам, и в салоне повисла тишина. – Скажи мне, какого чёрта фифа из знатного семейства забыла здесь, с грязными солдафонами?

-- Что вы несёте? – растерялась Алла.

– Какое знатное семейство?

-- Ты же дочурка Ходарева, -- пояснил Шрам. – И точно. Как такое могло из головы вылететь? Я видел тебя вместе с ним в выпуске новостей.

-- Вы заблуждаетесь, -- воспротивилась Алла.

-- Да у нас тут принцесса! -- обрадовался Крыло. – Какая удача!

-- А если я попрошу тебя оголить лопатки, то не увижу там фамильной татуировки Ходаревых? – поинтересовался Шрам.

-- Ещё чего удумали! – вскинулась Алла.

– Только попробуйте, и я подам на вас в суд!

-- Ясно. – Кивнул Шрам. – Тогда пусть сам господин Ходарев и решит, родственница ты ему, или нет.

Алла растерялась. Она с надеждой поглядела на меня. С чего-то вдруг хотелось за неё вступиться, но я переборол это в себе. Не имело смысла придумывать историю о том, что мы с ней с детства знакомы. А вот предъявить её Ходареву, если он действительно приходился ей отцом, ещё как стоило.