Правила игры без правил

– Надеюсь, когда сочините новую версию, вы не забудете меня проинформировать?

– Всенепременно, – процедил Асений сквозь зубы. Ну наконец-то ей удалось сдернуть с него маску невозмутимости!

– М-м-м, а зачем же мы тогда собираемся, если не секрет?

– В повестку предложен всего один вопрос – Вотум Недоверия действующему Вожаку.

– О! Как неожиданно! А кворум будет?

– Не беспокойся, соберем.

– Что ж, я все поняла.

Вот так-то. Забавно, что ее оппоненты, манкирующие своими обязанностями и игнорирующие Правила, когда им это угодно, все же решили воспользоваться одним из их самых древних положений.

Данный механизм обеспечивал страховку от узурпации власти Вожаком, действия которого идут вразрез с интересами Стаи и вызывают неприятие большинства ее членов. В том случае, если он настолько силен, что никто из бросивших Вызов, не в силах одолеть его один на один, остается возможность объявить ему Вотум Недоверия от лица Совета Стаи, и тогда ему придется противостоять всем его членам, поддержавшим данное решение. Фактически, это становилось своеобразной публичной казнью, поскольку в такой ситуации участь свернутого Вожака была предрешена.

Да, обвиняемый Вожак может воспользоваться помощью членов Совета, которые его поддерживают, но, если уж дело дошло до Вотума Недоверия, то это означает, что они окажутся в явном меньшинстве и отправятся на тот свет вместе со своим лидером. Конечно, было бы неплохо иметь под боком, скажем, Гришу Хуварина, что здорово охладило бы пыл оппонентов, но Гриша всегда старательно увиливал от сложных вопросов и избегал любой ответственности, словно малый ребенок, а потому отказался войти в состав Совета, когда обсуждалась его кандидатура.

Кроме того, Оксана считала себя не вправе предлагать кому-то еще отправиться вместе с ней на верную смерть. Надежда оставалась лишь на то, что Арсению сотоварищи не удастся сформировать в Совете убедительное большинство, выступающее за ее отставку, но, по-видимому, ее собеседник там, в Красной Поляне, был прав.

Его, действительно, боялись больше. Когда все колеблющиеся были сломлены и убраны с дороги, Оксане вынесли приговор и теперь приглашают на собственную казнь.

– Я все поняла, – повторила она.

– Так на какой день назначить мероприятие?

– Мне все равно. Это тебе публику собирать – пусть у тебя и голова болит.

– Хорошо. Я тебя потом проинформирую.

– Не забудь официальное уведомление на сайте выложить. И, кстати, я бы на твоем месте особо не спешила.