Правила игры без правил

* * *

Дождавшись, когда ноутбук выключится, Оксана аккуратно закрыла крышку и отодвинула его к краю стола. Она проделала это подчеркнуто неторопливо, проследив за тем, чтобы все стояло ровно, после чего еще поправила пачку бумаг, расположив ее симметрично компьютеру. Окинув критическим взглядом свой рабочий стол, она еще поворошила карандаши в органайзере, пытаясь придать их букету более гармоничный вид, но бросила это занятие, поймав себя на мысли, что выглядит крайне глупо.

Все остальные ее сотрудники уже давно разошлись по домам, а она все сидела в кабинете, словно это могло хоть как-то отсрочить неизбежное.

Пару минут назад с очередным отчетом звонил Фазиль, хотя вполне мог этого и не делать. Все равно ничего нового он не сообщил. После того, как он упустил их на даче, беглецы как сквозь землю провалились, и за прошедшие четыре дня напасть на их след так и не удалось. Таким образом оказался бездарно разбазарен последний шанс взять ситуацию под контроль и тем самым оправдаться перед Советом.

А не имея в своей колоде ни единого козыря, рассчитывать… даже не на победу, а хотя бы на снисхождение – глупо. Пощады не будет.

Стоящие на столе часы бесстрастно отсчитывали последние секунды отпущенной ей жизни. В детстве Оксана, помнится, часто занималась тем, что считала дни до какого-нибудь праздника или важного мероприятия, зачеркивая в календаре каждую прошедшую дату, пересчитывая оставшиеся и с нетерпением ожидая, когда они закончатся. Сейчас же она точно так же считала уже последние часы и молила, чтобы они, напротив, тянулись подольше.

Еще двадцать шесть… двадцать шесть с половиной часов. Часовой стрелке осталось описать еще два полных круга по циферблату, а потом… потом она продолжит свой неспешный бег, поскольку ей нет абсолютно никакого дела до чьих-то забот и даже до чьей-то смерти. Жизнь будет продолжаться, но, по-видимому, уже без Оксаны.

Она окинула взглядом свой кабинет. Он, конечно же, был посолидней, нежели каморка Ларисы, но до пафоса и манерности Вельяровских палат ему оставалось еще бесконечно далеко.

Но так и должно быть, ведь это – ее кабинет, а не чей-то там еще. Дипломы и грамоты в рамках, кубки на застекленном стеллаже, шкафы с документами – за прошедшие годы все это стало частью Оксаны, срослось с нею, и ей теперь чертовски не хотелось расставаться с этой частью своей жизни.

Будь у нее выбор – она бы без колебаний предпочла занятия с собаками всей этой околовластной грызне.