Правила игры без правил

– Ну, что у тебя нового, Гриш? Что расскажешь? Чем порадуешь? – поскольку он не делал из еды культа, то за столом вполне мог говорить о делах, не теряя аппетита. И Оксана предпочла с этим не затягивать, она все же чувствовала себя немного тревожно.

– Порадую? Хм, это вряд ли, скорее наоборот, – еще один кусок сочного стейка отправился в рот. – Со мной тут поделились информацией, которая вызывает определенное беспокойство.

– Что за информация? – догадка Оксаны оказалась верной. Увы.

– Похоже, что Шелепов взял след.

– Шелепов? М-м-м, Сергей, что ли? Тот криминалист, что занимался вещдоками по делу о бойне в ночном клубе? Я же велела Фазилю забрать у него все материалы и следить, чтобы он не совал свой нос, куда не следует!

– Шелепов сообразил, что дело спускают на тормозах, и соответствующие указания идут с самого верха. А потому он проводил свои изыскания тайно, ни перед кем не отчитываясь.

– Но ради чего он пошел на этот риск? Каков его интерес?

– Думаю, его просто здорово разозлили.

Если бы все ограничилось обычной «настоятельной рекомендацией», то он уже через день об этом деле позабыл бы. Но на сей раз кто-то проявил чрезмерное рвение, взломал его почтовый ящик и потер переписку, где упоминались события в «Вишневой аллее». И, похоже, это Шелепова здорово зацепило.

– Проклятье! Как же я ненавижу этих деятельных дилетантов! – Оксана раздраженно бросила вилку на стол. – Такое впечатление, что все, что они делают, они делают назло. Сначала одно, теперь другое.

Голову Арсению оторвать мало!

– То есть это прокол не Фазиля? – в Гришином голосе промелькнула тень облегчения. Неудачи лучшего друга он переживал как свои собственные.

– Разумеется, нет! Он же медик, он знает, что хирургическое вмешательство – это наихудший вариант, к которому прибегают только в самой крайнем случае. Тем более что тут болезнь вполне могла рассосаться сама собой. А теперь Шелепова вспугнули, и он может уйти в подполье, откуда его потом и ломом не выковыряешь.

– Это да, – кивнул Гриша, – он все работы теперь проводит на дому и ни с кем их не обсуждает.

Ни по телефону, ни в сети, никак.

– Откуда же у тебя дровишки в таком случае?

– Ну, мы же не в безвоздушном пространстве живем. У меня и в уголовке знакомые есть, и вокруг нее. Кой-какие слухи доходят…

– И до чего Шелепов сумел докопаться? – некогда обрубленный «хвост» начал отрастать снова, словно у ящерицы, и Оксана почувствовала, как ее захлестнуло глухое раздражение.