История лаборатории № 27

Оторвав взгляд от сцены, Ивик поднял его наверх, где исправно появлялся перевод:

….я скорблю не меньше

Но то естественный лишь ход вещей.

Отец твой в земли мертвых отбыл,

А до того то был его отец, а раньше и его.

Ведь даже горы, век чей долог,

Имеют свой конец, как и свое начало

И в прах они нисходят, как из праха были рождены.

Лишь альфы, мерзкие отродья, не знают смерти мирной.

Но то лишь потому, что мертвой

Нежить стать не может.

Все же то, что под солнцем рождено

Ровно как и в пещерах самых темных

Нисходит в прах.

Так и король наш

Ушел в чертог загробный.

И не пристало наследнику короны

И славы королей подгорных

Печаль и грусть на родичей и подданных своих

Своим печальным ликом наводить.

Соправитель

Послушай короля, о кровь моя от крови.

Останься здесь, не покидай свой отчий дом.

Амлет.

Во всем покорен вам я буду, кровь моя от крови.

Король.

Похвален твой ответ

Будь здесь, как мы. Идем, мой венценосный брат.

По случаю сему сегодня ж в полдень.

Приказ подпишем мы о том, что

Забой наш новый, что к жиле, мифрила полной,

Металла, что народ наш превыше злата ставит,

Мы назовем Амлетовым чертогом,

Дабы отметить сей прекрасный день.

Идем же.

После этих слов все встали из-за стола и ушли со сцены. Даже стражники, которые вроде как должны были стоять на страже, ушли, оставив принца одного на сцене. 

Сделав пару шагов, и оказавшись на авансцене, принц начал читать свой монолог:

                      …хмельной по вкусу сере,

И смрадом великаньей туши мясо объято.

Развеяться б как дым, иль завалило бы меня камнями.

Иль великаны совершили б нападенье на наш чертог.

Или дракон, что злато любит, явился бы сюда,

Позволив с честью мне главу сложить.

Но боги… Мир померк, оставив краски в прошлом!

Чертоги эти, в которых детство протекало,

Теперь мне клеткой кажутся чужой

И даже блеск каменьев драгоценных…

Мерзость! Мерзость!

О, почему не треснул череп мой

Под градом птичьих экскрементов,

Что на главу мою обрушиться должны.

На голову того, чье имя смрадом пахнет.

Позор! Позор!

Как мог он, кровь моя от крови

Пойти в подстилки этого козла,

Чье имя без содроганья произнести не в силах я?!

Ведь должен он был стать правителем подгорным.

Но кровь моя от крови, презрев обычай,

Что род наш гномий веками почитает,

Остался соправителем при короле-фигляре.

Да, знаю я, что на стенах преданий,

Подобных случаев немало есть.

Но если был бы он достоин.