История лаборатории № 27

Судя по всему, в качестве жертвенника собственного желудка старик использовал его нередко. Присутствие стула можно было еще оправдать особо тяжелыми многочасовыми молитвами, но нож, деревянную ложку и плошку, спрятанные в незаметном ящичке алтаря, оправдать никак было нельзя.

 Поколебавшись еще несколько секунд, Ивик, с утра успевший проголодаться, сдался. Конечно, была опасность навлечь на себя гнев Берока, но если не заходить в лес, ничего страшного с ним точно не случится. 

 Итак, подтащив одну из скамей, стоявших у стенки, Ивик устроился напротив старика и принялся за обед.

У того оказалась и пара деревянных кубков, судя по непонятным символам,  из входивших в список утвари для церемоний. Вино из далекого Кастрагона и вправду оказалось весьма неплохим. Хотя своих денег, по мнению Ивика, все же не оправдывало. 

 –  Ну, спасибо тебе, покормил. Уважил. Не часто мне здесь с хорошим человеком поесть удается,  –  произнес дед, отправив в свое, весьма объемное брюхо, очередную порцию вина, –  а мед- то ты ешь, не отвлекайся, сам ведь собирал.

 

 –  Шпа-шибо, вкуш-но, –  с набитым ртом ответил Ивик.

 –  Вот смотрю я на тебя, –  неторопливо начал старик, –  бросил бы ты дело, которым занят. Не доведет оно тебя до добра. Гиблое.

 Ивик, не слишком внимательно вслушивающийся в то, что говорил старик,  удивленно поднял на него взгляд. Светло-голубые глаза молодого человека встретились с глубоко посаженными темно-коричневыми глазами старика, ясными и пронзительными, какие бывают лишь у диких зверей.

При этом они светились совсем человеческой теплотой. Чего же в них точно не было, так это намека на возраст старика, ни блеклости, ни усталости от жизни, только странная грусть.

 –  Что вы хотите сказать?

 –  Вот только не послушаешь ты меня, –  вздохнул он, –  беги. Друзья уже ждут тебя.

 «И правда…» –  промелькнуло в голове Ивика, он ведь уже давно сидит здесь, наверняка повозки, какими медленными они бы ни были, обогнули Площадь Всемогущей Алхеры.

 

 –  В таком случае, я побежал, спасибо за обед и кров, – поблагодарил деда Ивик.

 –  Беги, беги – не стал спорить старик. Когда Ивик уже добрался до своих вещей, он сказал, –  когда совсем худо будет, постарайся не забывать, кто ты. Может, тогда все и образуется.