Корио Лис

Надо будет обязательно завтра рассказать ребятам. И тут он совершено неожиданно для себя крепко заснул.

Пете приснилось, что он стоит во дворе того самого приюта, на куче хлама, стоит и смотрит наверх, в слепые черные окна второго этажа, и вокруг ни день, ни ночь, а та самая глубокая синева, но на этот раз ни на нем и нигде вокруг нет искр. Синева густая, плотная как кисель, и вокруг него, ближе к земле, она уже не синяя, а абсолютно, совершенно черная, плещется медленно, и ступать туда никак нельзя. Он смотрит и смотрит в окна, а вокруг прибывает неспешная тьма, и Петя не отводит взгляд, потому что может упустить что-то очень важное, главное, и, как всегда во сне, он не знает, откуда он это все знает.

Ему не страшно и не хорошо, он просто ждет. В один краткий миг все окна второго этажа старого особняка освещаются золотистой теплой вспышкой, и тьма замирает, как будто тоже наблюдает за новым участником представления. Свет в доме мечется вдоль окон, раз, другой, третий – но тут Петя раскидывает руки и громко, каким-то чужим, не своим, тонким, но очень хорошим и добрым голосом кричит- СЮДА! И в то же мгновение свет по длинной дуге слетает сверху и ударяет мальчику прямо в центр груди, оставляя от ветровки и футболки в месте удара только тлеющие нити, но кожа Пети невредима, он взлетает высоко вверх, над приютом, над песками Белой Горки, над осокой, он видит, как далеко в воде залива отражается большой огненный шар – это я? Неужели это -я?! Но мысли снова и снова сбиваются на дикий, животный восторг полета, его тянет лететь еще выше, куда-то, далеко от этого дурацкого деревянного ящика, от улиц, городов… Но мальчик Петя столько раз в жизни и в мыслях возвращался с берега залива к себе домой, что привычный порядок предстал единственной альтернативой захлестывающей тяге к свободе. Огненная комета пронеслась над пустынными темными улицами, по которым медленно текла чернота, и попала точно сквозь лаз в тайное убежище, в сарайчик. Петя увидел себя стоящим на полу сарайчика, но только стен даже вблизи было не разглядеть – вокруг опять была синева, но другая, та, своя. Футболка и ветровка были на месте, и никаких дырок… Петя чуть поднял взгляд, и увидел, что в старом эмалированном белом тазу с синей окаемкой лежит что-то яркое, как будто горка листов из тонкой золотой фольги, которую ему привозил папа один раз с завода. В воздухе разливался сладкий, уютный аромат булочек с корицей, которые иногда готовила в городе бабушка.