Карэле Карэле и другие волшебные существа

Теперь назад!

Они пронеслись через двор и остановились у стены часовни. Карэле открыл банку, которую ничего не понимающий историк прижимал к животу, и отбросил крышку во тьму. Окунув кисть в краску, он провёл по стене толстую горизонтальную черту на уровне глаз и на секунду отступил, оценивая результат при свете фонаря, который держал в левой руке.

– Но это вандализм! – воскликнул его спутник.

– Отнюдь, – безмятежно произнёс Карэле, удлиняя черту. – Как ваше имя, сударь?

– Номли Тинтарен, – ответил тот, недовольно косясь на капли краски, запачкавшие его плащ.

– Так вот, господин Тинтарен, вандализм – это построить на месте архитектурного памятника мелочную лавку. А сохранить его, слегка запачкав краской – вполне благое дело.

Они свернули за угол.

– Но как это поможет спасти часовню?

– О, краска, разумеется, нужна только для эффекта. Дело не в ней. К счастью, у нас есть ещё и призраки.

Ветер ударил в лицо, и Карэле выплюнул изо рта мокрую прядку волос.

– Если бы у меня было время опубликовать свое исследование! – воскликнул Тинтарен с досадой.

– Часовню немедленно внесли бы в список исторического достояния. С теми-то подробностями, что я сегодня узнал, это вообще бы не обсуждалось! Будь у меня хоть месяц…

– Неужели вы сошлётесь на рассказы призрака? – поразился Карэле, споро продвигаясь вдоль стены. Историк снисходительно рассмеялся, следуя за ним по пятам.

– Ну что вы! Главное – знать, что искать, а подтвердить это будет нетрудно. Как я понял, это кто-то из Моссов?

Карэле мазнул по двери, доведя черту до того места, откуда она началась, и кивнул.

– Именно. Дорик Мосс.

– Помню, помню, – пробормотал Тинтарен. – Это тот, что убил свою двоюродную сестру фарфоровой супницей.

– Неужели?! – поразился кондитер.

– Да, по ошибке. Как потом выяснилось, он собирался убить экономку…

– Однако, – пробормотал Карэле. – Мне следовало бы помнить, что от хорошей жизни призраками не становятся…

Он вывел над чертой какой-то сложный значок.

Затем отступил на пару шагов и вычертил ещё один.

– Это же символы планет! – воскликнул историк. – Зачем они здесь?

– Для красоты, – пожал плечами Карэле. – Одна только черта не производит нужного эффекта.

Они еще раз обошли часовню по кругу – последние два рисунка разместились на дверных створках.

– Ну, вот и всё! – воскликнул Карэле, отшвыривая кисть и взбегая на крыльцо часовни. Тинтарен последовал за ним, оставив полупустую банку у стены.