Спирас. Книга 1

Они получили какую-то весть. Что это за весть, после которой можно не ходить на службу?

Аластер присел на небольшой третье-серый пуф рядом с креслами родителей. Раньше, очень редко, но так случалось, что он заставал родителей вечером в этой комнате, и порой ему удавалось пристроиться рядом. Раза два или три всего, но такие вечера ему казались самыми счастливыми. Когда он вспоминал детство, на ум всегда приходили именно они.

– Что же это за новости? – поинтересовалась матушка.

– Отныне вы можете не беспокоиться за мое благосостояние и положение, ведь с сегодняшнего дня я полноправный гражданин Адаманта.

В глазах родителей Аластер уловил и радость, и гордость. И тут произошло такое, чего Аластер еще никогда не видел от своей матери, такой суровой и благовоспитанной. Она склонила голову, даже немного сгорбила плечи и шумно выдохнула:

– Фух!

Аластер, как и отец, были поражены. Матушка поняла, что сделала, и быстро вернула голове и осанке привычное состояние. Повисла неловкая пауза.

– Это действительно прекрасная весть, – улыбнулся отец и вновь пожал Аластеру руку. – Особенно в свете ближайших событий.

– У нас для тебя тоже радостная новость, – сообщила мать.

Ее лицо приняло былое невозмутимое выражение, но Аластер уже никогда не забудет этого «Фух!». Холодными зимними ночами оно будет греть ему душу и сердце.

– В этом году нам выпала великая честь.

У Аластера похолодело в груди.

– Пожалуй, чем рассказывать, я зачитаю письмо, оно пришло сегодня утром.

Отец вынул из заранее подготовленного конверта лист белоснежной бумаги и начал читать:

«Уважаемые господин и госпожа Рикмор, смеем уведомить, что приказом № 933 от 30.

12.1959 года, ваше гражданство княжества Адамант изменено на почетное звание: «граждане княжества Эмбер». За сим прикладываем приглашения на бал в честь Последнего Захода Солнца, где Его Божественное Величество Император Кирас Кардер лично объявит вам свою волю. Искренне поздравляем и желаем всего наилучшего».

Отец закончил читать, в комнате повисла оглушительная тишина.

Первая реакция Аластера была, конечно, официальной. Возможно, что именно она и была правильной. Он произнес, склонив голову ровно настолько, насколько требовала данная ситуация и позволяла неформальная обстановка:

– Я так счастлив. Я по-настоящему вами горжусь. Это то, к чему я буду стремиться всю жизнь и когда-нибудь достигну.

Он еще не до конца позволил себе осознать происходящее и поэтому держался.