Спирас. Книга 1

Это было слишком чудесно! Празднование Выбора – великое ежегодное торжество, на котором люди из черных городов демонстрируют Императору свои открытия, достижения, творения и пытаются оказаться достойными для переезда в Адамант.

– А это здание – дом, куда жители могут отдать своего ребенка.

Аластер отвлекся от радостных мыслей и проследил за пальцем Элизавет. Строение, на которое она указывала, больше всего напоминало огромный черный кирпич. Было непонятно, зачем куда-то отдавать своего ребенка, но задавать лишние вопросы означало бы показать свое невежество.

– В этот дом родители приводят детей и больше никогда их не видят, – пояснила Элизавет.

– А зачем куда-то отдавать детей? – все-таки не выдержал Аластер.

– В Адамант принимают только тех Достойнейших, что родили хотя бы одного ребенка. Несколько сотен лет назад такого правила не существовало, и многие перестали заводить семьи и рожать детей – зачем связывать себя оковами любви, если все равно суждено расстаться? Популяция людей значительно сократилась, и во избежание этого приняли закон «Одного ребенка».

Теперь мы уверены, что все жители Адаманта не только доказали на Празднике Выбора свою исключительность, но и выполнили биологический долг.

– Но почему в Адамант не берут детей? – удивился Аластер и снова испугался, что спросил лишнее, однако Элизавет была невероятно милостива к нему.

– Дети мешают высоким устремлениям, – объяснила она. – Поэтому они остаются в Черных Городах и могут, в свою очередь, когда вырастут, тоже бороться за звание Достойнейшего.

Такова система отбора, созданная Богом.

Аластер неотрывно глядел на черный кирпич. За оградой стояла кучка детей в темных одеждах. Совсем маленькие, некоторые даже меньше Аластера! Он впервые видел таких же, как он сам.

– Это получается… – у него приподнялись волосы на затылке, – что у моих родителей есть дети помимо меня… и… они живут в таком вот месте?

Маленькая светленькая девочка в черном балахоне бегала за оградой страшного дома и что-то сжимала в руках. Она подбегала к другим детям, показывала им это что-то и отбегала.

Те широко открывали рты – наверное, громко кричали, особенно девочки, а хулиганка смеялась и бежала к следующим детям. Из кареты не было слышно, что происходит, и Аластеру стало любопытно, что же она там показывает. Может быть лягушку? Он, например, не боялся лягушек. Однажды такую огромную видел и совсем не испугался.

Неужели одна из таких вот девочек может оказаться ребенком его мамы?

Цесаревна пожала плечами.