Магомама, или Попаданка наоборот

Как раз в это время примерно умер Шурин отец, мать стала много болеть и не могла приехать помочь с внуками, ей самой требовалась помощь.

Витя не жадничал, всегда разрешал послать денег, хотя и ворчал временами, что там еще сын есть, здоровый лоб, квартиру на него переписали, мог бы и лучше о матери заботиться. Но это же не со зла? Помогать же не отказывался.

А что не хотел жену на работу отпускать — так это ведь потому, что любил, скучал без нее и о детях заботился! Фитнесы все эти — так она для него и так красивая была… он сам говорил! И что полнота к лицу, и что.

«Шура, ты дура? — в какой-то момент не выдержала я. — Они же тебя использовали, подстраивали это все и даже особо не прятались! Как ты могла во все это верить?»

«Сейчас и сама вижу, — вздохнула Лампа. — А тогда… Ну подумай, это же не чужие люди, это муж, любимый, самый близкий… защитник, опора. Как ему не доверять? Подозревать? Да мысли такой не было. Разве нормальные любящие люди так поступают со своими близкими? И потом… он ведь просто хотел детей… и чтобы я всегда рядом…»

Лампа всхлипнула, а я мысленно сплюнула.

«Да и не сразу ведь плохо стало. Знаешь, у нас говорят, что если посадить лягушку в холодную воду, а потом медленно и постепенно ее нагревать, то она сама не заметит, как сварится. Вот так и я… Тут вроде мелочь, там промолчала, сям «мудрость» проявила. И как-то вдруг постепенно оказалось, что я всем должна, а мне никто. И уют уже не тот стал, и я сама не та… Сейчас вспомнить — и подруг моих Виктор из моей жизни выдавил, и увлечения мои, если они не касались того, как поудобнее семью обслужить.

Уф-ф-ф… Короче, все сложно и грустно, но не безнадежно. Для меня. Правда, сведений о мире, куда я попала, маловато. То есть она есть, но мельком, пришлось самой мозгами шевелить, чтобы выловить из невеселой Шуриной жизни крохи информации. А перебивать и сворачивать на нужную мне тему я не стала — надо же человеку хоть раз в жизни выговориться, даже если она уже не она, а Лампа.

Главное, что я поняла — здесь нет магии. Вот это может стать проблемой… но решать я ее буду завтра. Утро вечера мудренее.

Я осторожно сдвинула сладко посапывающего мальчишку к стеночке, не обращая внимания на его недовольное бурчание сквозь сон, на тихое оханье бывшей хозяйки кровати и тела — дескать, разбудишь, он перенервничал и вообще маленький еще, — и устроилась поудобнее.