Ведьма Особого Назначения

То есть, как ты, или, например, провалившись сквозь пространственный разрыв. Собственно, так и попала к нам последняя ведьма шестьсот лет назад. Думаю, это связано с тем, что Нижний как-то привязывает ведьм своей энергетикой, больше не отпуская их от себя надолго.

— Постой, – нахмурилась я. – Аристарх сказал мне, что через сто лет, когда истечет срок проклятия, я вернусь в свой мир. Выходит, он мне соврал?

— Скорее, не договорил, – покачал головой эльф. – Ты сможешь вернуться в свой Сектор после того, как условие проклятия будет исполнено.

Вот только жить там уже не сможешь.

— Ты знал? – повернулась я к Юджину.

— Нет, – помотал он головой, вздохнул и добавил с некоторой долей опасения. – Я точно не знал, но догадывался, что тебя поручили мне неспроста. Да и к Департаменту Магбезопасности приписали тоже. Мне кажется, Аристарх понадеялся, что пожив интересной жизнью у нас, ты не захочешь возвращаться в свой Сектор. К тому же, ты сама сказала, что через сто лет и возвращаться-то тебе будет не к кому.

Тяжесть осознания бетонной плитой опустилась на мои плечи. Я никогда не увижу родных. Мамочку – любимую, родную, папу – самого лучшего во всех мирах, да и вообще, всю свою семью, немногочисленных друзей... Я не войду в уютную бабушкину квартиру и не обниму своего кота. Больше не буду тайком помогать своим маленьким пациентам и пакостить вредным соседям. Я больше не буду...собой? Как же так? Почему я? Чем я заслужила это? Почему Судьба отняла у меня всё в один момент?

Юджин смотрел на меня с тревогой, как и его друзья.

Потерла глаза ладонями, надавливая на веки до темных кругов перед ними. Я чувствовала, как в моей груди зарождаются рыдания, но в то же время отчаянно не хотела плакать перед незнакомыми мужчинами.

Внезапно друг притянул меня к себе, сжимая в крепких объятиях. И плотину прорвало. Я рыдала у него на плече, отчаянно стискивая в руках промокшую от слез рубашку. Демон баюкал меня в руках и ласково гладил по голове хвостом, изредка стирая особо крупные слезы его пушистым кончиком.

Когда истерика начала сбавлять обороты, рядом с моими ногами дрогнул пол, а затем огромный кот положил мне на колени лобастую голову и громко замурлыкал. Я улыбнулась сквозь слезы и погладила Зака, перебирая шикарные кисточки на его ушах. Посидев так пару минут, почувствовала, как понемногу разжимаются тиски, сдавившие мое горло. Дома, дома я смогу оплакать свое незавидное положение и несбывшиеся мечты и планы.