Fate/Unlimited Dragons World

«Что за чёрт?» мелькнула раздражённая мысль, но женщина напротив не сменила позу или не начала истощать больше ауры. Не было никаких признаков надвигающейся атаки, но от этого спокойнее не было. Её выражение лица не изменилось, лишь взгляд казалось бы стал более внимательным, но точно подтвердить свои догадки Иссей не мог. Можно было только догадываться о её мыслях и было желание использовать на ней технику чтения, но не было гарантии что она не примет это за атаку.

Пришлось сдержаться даже если неизвестность не была тем, что Иссей предпочёл в этот момент чувствовать.

— Ты родственник Тосаки? — напряжённость ситуации разрядил третий голос.Он прозвучал из-за спины духа и не выражал по ощущениям никаких чувств.

Правда, по мнению подростка, он не был даже посредственным чтецом чужих чувств, но в этом случае некая пустота присутствовала, но больше насторожило то, что человек знал фамилию его мастера.

От этого стало еще неспокойнее.

К тому же безразличие, сквозившее в мужском голосе, не выражало интереса, но вопрос явно создавал контраст интереса высказанного и отсутствия интереса эмоционального. Или может парню это просто показалось?

Но всё же именно этот неизвестный мужчина, от которого Иссей не мог почувствовать никакой странной ауры кроме эмоциональной пустоты, разрядил ситуацию, хотя и было странно, что он знает имя девушки на руках Иссея. Странность его знания была развеяна его следующими словами:

— Я её учитель.

Будто почувствовав сомнения парня был ответ мужчины, что наконец появился в поле зрения подростка. Пожалуй, всё что мог сказать о его внешности Иссей, было возможным описать единственным словом — обычный. Был ли он на самом деле школьным учителем или лгла, сказать точно Иссей не мог.

К сожалению, он точно так же не мог возвращаться в город.

— Сойчиро-сама? — Подросток не заметил момент, но в какое-то неясное мгновение выражение молодой женщины перед ним кардинально сменилось.

«Где было ранее демонстрируемое пренебрежение и враждебность? Почему это все вдруг сменилось смущением и заботой? Какого черта?» Множество вопросов прошло в этот миг в голове подростка, но вердикт всему этому был один.

«Чёртов счастливчик, небось и Рин на него запала.» было своеобразным завистливым итогом этим мыслям.