Ведьмак из СПб

Наверное, климат такой?

– Ага, климат, как же! – радостно выпалила Соня. – Причина в неконтролируемом везокинезе!

– В чем? – задумался Волков, пытаясь вспомнить определение когда-то слышанного термина.

– В везокинезе, – повторила Соня, будто это могло помочь. – Видишь ли, Волчок, в Питере с самого его основания живет семья, чей младший ребенок способен непроизвольно менять погоду. В зависимости от настроения. Если он всем доволен, то на улице тепло и солнечно. А если начинает капризничать, психовать и плакать, то вот тебе и дожди, и ветра, и нелетная погода.

Макс кивнул.

– А семейка там, знаешь ли, – продолжила рассказывать Романова, – достаточно... специфическая – триста лет ни одно поколение не пользуется контрацепцией. Каждая мать – героиня! Поэтому младший ребенок едва успевает из пеленок вырасти, как у семейки появляется еще один малыш. Ему-то везокинез и переходит по наследству! Понимаешь, куда я клоню?

– Отсутствие противозачаточных равно бесконечным дождям?

– Не совсем тот вывод, на который я рассчитывала.

– Занятная история, – усмехнулся Волков. Посмотрев на проплывающий неподалеку прогулочный катер с толпой счастливых туристов, робко спросил, хотя и понимал – эту тему трогать не стоит: – Сонь, а что случилось с Юркой? С Ю?

– Лучше бы мы и дальше веселились и делились всякой чепухой... – Пиромантка тяжко вздохнула и повесила голову. – А Ю... Его убили... Точнее, убила... какая-то тварь.

– Та-ак, давай подробнее.

– Подробнее... В городе зверствует... нечто. Убивает людей. Талантливых людей. И оставляет метки на телах. Будто подписывается. Мы с Ю и другими ребятами долго шли по следу, но тварь всякий раз ускользала, будто чувствовала наше присутствие. Однажды ночью Ю позвонил и сказал, что через какого-то информатора узнал точный адрес твари... Я просила дождаться меня и ребят... но Ю был слишком гордым. Сказал, что тварь уйдет... Это было опрометчиво.

– Почему?

– Мы не знаем. Просто не сработал. И тварь убила Ю. Разорвала на куски. И словно в насмешку оставила метку... там... – Соня замешкалась и показала взглядом на джинсы Макса. – На булках.

– Что за метка?

– Три шестерки. Три выжженных на коже шестерки.

– Непонятная отсылка к «Омену»?

– Я не знаю...

Она смолкла. Замолчал и Волков.