Темным ведьмам не отказывают

— Ознакомьтесь! — гаркнул инспектор, протягивая то самое ввергшее его в расстройство письмо.

Преисполнившись самыми худшими ожиданиями (уж очень сердитое лицо состроил инспектор), я начала читать. Письмо было подписано помощником губернатора. Почерк чиновника то карабкался к верхним строчкам, то ступеньками скатывался вниз. Однако кое-что я разобрала.

— «… неожиданная хворь... сильная боль… необъяснимые явления… волнения…». Послание в стихах? — поинтересовалась я.

— А-а-а! — взревел инспектор и вырвал у меня письмо.

Потрясая им перед моим носом, заговорил, четко произнося каждое слово: — В Прядницах эпидемия – любви и… диареи. Остановлена работа большинства учреждений, лавок… даже мукомольня стоит! Народ слоняется по улицам, используя оную в качестве… неважно! Повсюду массовые… оргии!

— Много? — робко пискнула я, втянув голову в плечи.

— Оргий?!

— Лю…людей?

— Много! Как раз все те, кто участвовал в разгроме вашей лавки, фра Филчер!

Они все-таки ее разгромили. Я шмыгнула носом. Фо Амаль подался вперед и вкрадчиво спросил:

— Ну! Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? И чего ожидать МНЕ?

— При чем тут вы? — огрызнулась я.

— Вы-то… без диареи. И любви в вас… тоже особо не наблюдается.

Фо Амаль растерянно моргнул.

Мама всегда говорила, что лучшая самозащита – это нападение. Недовольные клиенты вернули флакон с каплями? Мутный осадок? Сразу хмурьтесь и напирайте с вопросом: где хранили? Имелся ли непосредственный доступ магии к средству? Чтобы не быть обвиненными – обвиняйте первыми.

Я покосилась на инспектора, ожидавшего ответ. Судя по известным мне фактам, в последнее время Фо Амаля хранили в крайне неблагоприятных для него условиях. Так что с обвинениями как-то не складывалось.

— Меня тут чуть не убили. Подозреваю, из-за вас, — инспектор долил масла в огонь. — Судью вызвали на магический поединок, который, на минуточку, будет проводиться с применением ранящей магии. Графскому сыночку… как его… До Фолье… начистили… нанесли телесные повреждения, как раз после нашего отъезда, прямо на станции.

— А… свидетели… на суде?

— Трое забулдыг, давших против вас показания? Им тоже нанесли повреждения… только моральные. К ним явились их жены.

— Ну так это…

— … ненормально, фра Филчер, ибо их жены давно умерли и покоятся на прядницком кладбище… покоились. Бедняги-мужья сидят в клетках в конторе Стражи, связанные, и воют. В город вызвали некромантов из столицы. Вы утверждаете, что непричастны к темной магии и что вас ложно обвинили.