Следствие по магии

И летит на крылатом коне

Русь в далёкие тысячелетья!

И летит на крылатом коне

Русь в далёкие тысячелетья!

Все, я кажется перестаралась. Тишина стояла гробовая.

Глава 27

Интерлюдия

Получив отчёт о краже еще одного ребёнка, а точнее девочки, я задумался. У нас примерно неделя — десять дней до ритуала. Отчётами просто завалили. Я буду похоронен под этой кипой. Когда мне сообщили, что у Гамаюн просто шило в одном месте, то я заскочил в лазарет и захватил лекарства. Могу поспорить, что у неё кроме цитрамона нет ничего.

Ласковый и добрый взгляд птички встретил меня с затаенной болью. Сильно ее приложили. На пороге я протянул пакет из аптеки.

— Разрешишь?

— Проходи, я даю разрешение.

— Если в первый раз даёшь разрешение и потом не отбираешь, то «проходи» достаточно.

— Поняла.

Я так и видел, что ей даже дышать больно.

— Это мази тебе. Помимо аптечных, есть и на травах. От синяков лучше их. А также вот, обезболивающее.

— Огромное спасибо!

— Не за что. Что скажешь по сегодняшнему происшествию?

Нового думаю немного, но может что-то ощутила?

— Что жить стало лучше, жить стало веселей настолько, что места не столь отдаленные, стали намного ближе.

Ну а так, Богинка против Гамаюн, 1:0 в пользу нечисти. Я ее догнала, дернула и получила в солнечное сплетение. Ну, когда вернула свою кукушку на место, той и след простыл.

— А что ж ты на нее прыгнула? Там волхв был.

Уволю всех напрочь. Там сотрудников аж пять оборотней.

— И не только…

— Что такое?

Однозначно поставлю вопрос о профпригодности звена волколаков.

—Некто Виталий. Я предположила, что он оборотень. Взгляд только не отводи. За мной присматривали?

Обленились? Возомнили себя профи?

— Значит присматривали.

А отдуваться мне, шикарно.

— Да не против я, но предупреждать нужно. И долго эти «спасатели» будут за мной ходить?

— Трудно с тобой.

Ну хоть скандал закатывать не будет, спасибо ей за это.

— Чем это? Я ж не ругаюсь, не грожу карами небесными. Или ты по этому поводу недоволен?

Видела бы она, как Стася мне разгон устроила за охрану.

Но сейчас, даже если она против, за ней будут присматривать. Она вряд ли понимает, как важен судья для этой земли. Основной постулат наших предков — это справедливость.

— Думал, будешь ругаться и истереть. Твоя мама мне такой скандал закатила за ограничения свободы, что я не был уверен, что не придется Башню отстраивать.

Ее мама и разнесла мой кабинет и три этажа вниз.