Русалочья кровь

Еще немного и проклятый металл сжёг бы русалку, которая так и не научилась слышать песнь железа, не научилась жить с ним в мире.

Лиза знала, где она находится и хорошо помнила, что стадион давно закрыт и стоит на отшибе. Она уже не успеет добраться до людного места, чтобы восстановиться. Осталась последняя надежда. Лиза мысленно потянулась к Славке и попыталась зацепиться за него, но не смогла. Энергетический аркан скользил по ауре парня, но не проникал внутрь. Лиза усилила нажим, отдавая последние силы, когда Настя отшвырнула её в сторону.

– Не трогай его, ты тварь!

Лиза удачно приземлилась на ближайшее сиденье, схватилась за спинку кресла впереди, чтобы встать, да так и примёрзла к металлу руками. Сил больше не осталось, и железо взяло своё. Яркое пламя взметнулось столбом, и Лизы не стало.

Эпилог

Спелым наливным яблочком август катился к своему завершению. Берёзовые листья начали желтеть, а трава пожухла после засушливого лета. В «Сервужском Кресте» царило затишье – разъехались все пришлые и просветлённые.

Да и оборотней осталось с пару десятков, остальные же покинули область, не приняв новых порядков.

На деревянном крыльце сидела Катя и грызла большое жёлтое яблоко. То ли кикиморы ближе к природе, чем к Нави, то ли ещё по каким причинам, но вкус еды стал ощущаться лучше и ярче. Поэтому Катенька наслаждалась каждым новым ощущением.

Тёплые руки обняли кикимору сзади и приподняли вверх.

– Костя, – Катенька взвизгнула, – поставь меня!

– Ты что высоты теперь боишься? – прогудел Константин, но отпустил возлюбленную.

– Не бойся, я тебя не выроню и не отпущу.

– Ну тебя, – Катя шутливо стукнула будущего мужа в грудь и сразу же поцеловала.

Неделю назад Костя сделал ей предложение, и подарил весь лес и своё поселение. Город тоже был свободен, там не осталось ни одной истинной русалки. Весь мир лежал у ног и ждал их.

Больше всего Катя переживала, что Константин отдал ей жизнь одного их перевёртышей. Как это в стае воспримут? Не станут ли нападать исподтишка или вызывать на поединки? Но всё обошлось.

Несогласные ушли в тот же страшный день, как разрушилась Чёрная Жемчужина. Те, кто остались, склонили головы в жесте покорности, пообещав свою верность вожаку и его паре.

– Я тут подумала, – Катя несмело улыбнулась, – ведь мы могли бы детей усыновить. Ты бы хотел, Костя? Тогда у нас будет полная семья, как настоящая.

– Наша семья и так настоящая, – Костя притянул Катеньку к себе. А насчёт детей, я согласен.