Идти лесом в темпе вальса

У меня, конечно, всегда есть и то, и другое, и третье, но это как-то банально…

— Слушай, Свет, а давай я тебе вот прям сразу и погадаю?

— Вот прям сразу? — Светка вдруг оживилась, глаза заблестели любопытством.

— Ага. Я пока чай заварю, а ты тащи кубики. В спальне в шкафу на нижней полке. В чёрном стакане лежат. Вот прям со стаканом и тащи.

Кубики Светка нашла не сразу, но я зато успела и чайник вскипятить, и листья в заварник засыпать, и печенье на блюдце выложить.

— Пока чай заваривается, я тебе как раз погадаю, — я встряхнула стакан и высыпала кубики.

— Вот смотри: у нас тут есть двенадцать обычных шестигранников: шесть чёрных и шесть белых. Есть два икосаэдра — ну, двадцатигранника: красный и фиолетовый. Цвета могут быть любыми. Важно, чтобы шестигранники на две одинаковых кучи по цветам делились. Ну, и двадцатигранники тоже должны быть разных цветов.

— Вроде пока понятно, — подруга вгляделась в россыпь кубиков на столе.

— Теперь подумай о человеке, на которого хочешь погадать, и выбери цвета кубиков для себя и для него, — я засыпала кубики обратно в стакан.

— Пусть это будет Павлик из ролевиков, — Светка мечтательно прикрыла глаза. — Про него будут чёрные кубики и фиолетовый икосаэдр.

Я молча кивнула, снова встряхнула стакан и снова высыпала всё из него на стол.

— Хм… интересно, — я изобразила максимально одухотворённое выражение лица.

— И что же это значит? — нетерпеливо поинтересовалась Светка.

— Начнём, пожалуй, с шестигранников. Они — про важность разных аспектов отношений.

Единицы — собственное эго, двойки — совместное времяпрепровождение, тройки — материальный достаток, четвёрки — острые ощущения, пятёрки — интеллектуальная составляющая, шестёрки — секс. Чем больше кубиков с той или иной цифрой, тем важнее прячущиеся за ней вещи.

— Да у него там одни четвёрки и шестёрки! — рассмеялась подруга.

— А у тебя пятёрки одни, — усмехнулась я. — Теперь про икосаэдры. С ними всё просто. Чем больше цифры, тем больше взаимная зависимость. Идеально — когда не меньше восьми и не больше двенадцати.

— Да у него все четырнадцать! — Светка громко заржала.

— А у тебя вообще единица, — хихикнула я. — Выходит, не особенно тебе этот Павлик и нужен.

— А вот он бы со мной завёл какой-нибудь коротенький романчик, — она скривила шутливо-недовольную гримасу. — Но ты ведь это сейчас на ходу придумала?

— Естественно, — я уже взялась за тёткин «блокнот», чтобы записать гадание.

— Но у Тётьклавы нет кубиков, — Светка печально вздохнула.