Секта

При этом оба этих человека не имеют ни малейшего отношения к нашей… организации. А если ответа нет, значит, патриарх не счёл твой вопрос достойным внимания.

- Давай подведём итоги, - сказал второй. – Сейчас мы собираемся, кладём в укромном месте деньги и драгоценности, это займёт примерно неделю. Что потом?

- Потом проведём обряд, плевать, что вшестером, после этого отправляемся искать начальство.

- А что с уродами?

- А что с ними?

- Их бросим? С их транспортировкой могут быть проблемы. Мы ведь на самолёте полетим? А хоть бы и на поезде, куда там такую махину спрячешь?

- Уродов придётся в расход, слишком сложно их перевозить.

- Тогда разговор с патриархом будет сложным, куда сложнее, чем планировалось. За уродов он нас точно по головке не погладит. Что с жертвами?

- Беру на себя. Место?.. Место выберем то, где проводили обряд номер восемь.

- Идёт. Раз на то пошло, я предупрежу остальных, пусть собираются и выводят деньги. Если кто-то не успеет, проблемы его.

- Да и плевать, деньги для нас ценность имеют ограниченную.

- На том и решим, неделя на сборы, на восьмой день, точнее, ночь, проводим обряд. После этого нас никто не должен видеть. Уродов после выполнения утилизируем вместе с остальными телами, так, чтобы ничего не осталось.

- Отлично. Расходимся.

Павел Сергеевич щёлкнул мышкой, запись оборвалась.

- Собственно, вот, - сказал Рязанцев. – Обряд они проведут, а потом исчезнут. Наша задача – сделать так, чтобы застать их в момент принесения жертв. Тут нам помогут официальные власти.

- Помогут? – усомнился я. – Ну, допустим, привлекут за покушение на убийство, а потом? Дадут года четыре, с такими деньгами несложно. А все остальные убийства останутся нераскрытыми.

- А тут уже стоит поработать нам. Попробуем получить признание на месте.

- Пытать?

- Не совсем, есть способы… я вам потом продемонстрирую. Да и вы тут к месту будете.

- Я, кстати, не понял, что они обо мне говорили? Я имею ту же природу?

- Мы размышляли об этом, даже запрашивали специалистов. Все сходятся во мнении, что вы, поскольку присутствовали на месте обряда, также получили часть силы.

- И что это изменило?

- Сложно сказать, но внутри вас, выражаясь иносказательно, зажёгся некий огонёк, тот, что горит и у них, но они свои огоньки постоянно подпитывают новым топливом, новыми жертвами, а ваш, по идее, должен был давно угаснуть.

- Но не угас.

- Так уж вышло, что вы сами послужили топливом для этого огня, ваша ненависть, желание отомстить, любовь к покойной жене.