На шаг назад. Вернуть тебя

Только он о чем-то рассказывал, пытаясь разговорить меня. Папа постоянно твердил, что я не одна и у меня есть поддержка в виде семьи.

— Моя маленькая принцесса, как же я не заметил, что ты выросла. Если бы была возможность всё вернуть назад. Я бы всё для тебя сделал, — как-то странно сказал папа. Только я почти не вникала в его слова, пропуская всё мимо себя.

За эти непростые дни в памяти больше всего отложилась нежная улыбка мамы и слова, что сейчас точно всё будет хорошо.

— Скоро ты всё поймешь, дорогая. Потерпи немного, — попросила она, вытирая набежавшие слёзы, которые так часто появлялись на моем лице.

На всё это я лишь кивала и вновь уходила в свои мысли.

Странности начали происходить на вторую неделю после трагедии. Я услышала голос Марка. Он звал меня “малышкой” или бывало “Стрекозой”. Всё было почти так же, как и было в детстве. “Стрекоза”... Как же когда-то меня злило это дурацкое прозвище. Потом уже стала слышать целые диалоги с его участием, они крутились перед моими глазами. Я раз за разом слышала его голос.

Такой родной и нужный мне сейчас. Под конец второго месяца я уже решила, что схожу с ума.

— Детка, что с тобой твориться? — настояла мама на разговоре со мной.

— Не знаю… Это так непонятно… странно, — боялась признаться я.

— Ты слышишь его голос? — спросила она, а я в шоке уставилась на нее.

— Мам, откуда ты знаешь?

— Всё очень просто, сама через такое прошла, — ещё больше озадачила меня мама.

— Это как? Ты сходила с ума?

— Конечно нет. Дорогая с тобой всё в порядке.

Просто проснулся твой дар и магическое тело перестраивается. Обычно такое случается уже после двадцати пяти лет, — мягко объяснила мама. — У тебя же всё пошло иначе. Стресс сыграл свою роль. Врагу не пожелаешь такого…

— Что за дар?

— Скользящих во времени.

— Скользящие… во времени… — будто пробовала на языке эти слова. — Мама! Тогда в Храме, богиня сказала мне, что я могу исправить смерть Марка! — встрепенулась я, подскочив на месте. — Как я могла забыть такое?!

— Знаю, Алисия со мной говорила, попросила помочь.

Только нужно было подождать немного. Необходимо было дать время пробудиться дару в тебе, — произнесла мама, гладя меня по руке. — Да и тебе дали время выстрадать свою боль. Понять настоящая ли у тебя любовь к Марку.

— Мама! Что значит настоящая? — запротестовала я, вскакивая со своего любимого кресла.

— Тихо, не кипятись, дочь, — приструнила она меня. — То, что ты хочешь сделать очень непросто. За это придется заплатить высокую цену.