Агентство "Ван Хельсинг"

Зашуршали завязки на штанах, через несколько секунд послышались влажные звуки сношения.

Волшебница терпела. Ланселот не стал долго ждать: ему было противно даже думать о том, что сейчас чувствовала его товарищ по несчастью. Он бесшумно и легко поднялся, широкими тихими шагами подошел к Вильяму. Тот был так увлечен процессом, что не обернулся даже, когда рыцарь оказался прямо за его спиной. Мирослава услышала булькающий звук, на ее спину хлынула горячая кровь. Ланселот резко выдернул из шеи похотливого стражника пластину.

Мира ловко вынырнула из-под падающего тела и быстро оборвала себе подол до колена. Получившимися тряпками она обернула себе голени и ступни. Рыцарь же сноровисто обшарил труп. Себе он взял короткий меч и кинжал, за пояс засунул небольшой мешочек с монетами. Мирослава взяла хлыст и охотничий нож.

- Умеешь им пользоваться? – удивленно спросил Ланселот, кивая на хлыст.

- Еще как, - она самодовольно ухмыльнулась.

Они бесшумно бежали по коридору, напоминая две бестелесные тени. Мирослава за пятнадцать лет не забыла дороги.

Они подобрались к лестнице, переглянулись, и Ланселот пошел вперед. Он шел небыстро, постоянно прижимаясь к стенам, она кралась за ним. Из коридора показался стражник. Мирослава только подумала о том, что перед ней враг, а кинжал Ланселота уже тускло блеснул в свете факелов, стражник беззвучно повалился на ступеньки.

Лестница закончилась, снова показался коридор, заканчивающийся тяжелой железной дверью.

- Это выход наружу, рядом обычно стоят двое охранников.

Конюшни налево, - прошептала Мира.

- Мой левый, твой – правый, - шепнул рыцарь и толкнул дверь.

Стражники не успели ничего сообразить. Каждому в горло вонзилось по клинку. Гулко зазвенел колокол.

- Скорее! – крикнула Мирослава и побежала к конюшням, из казарм начали выбегать сонные растерянные солдаты.

Они нагнали их почти у самых конюшен. Волшебница резко остановилась и достала хлыст.

- Беги за конем! Я задержу! – рявкнула она, и Ланселот почему-то не осмелился ей перечить.

В ее глазах разгорелся колдовской сине-зеленый огонь. Стражники были все ближе. Хлыст в руке чародейки ожил. Первого кто к ней сунулся, она огрела по рукам: тяжелая шиповатая плеть оставила глубокие кровоточащие раны. На секунду все замерли. Ланселот добежал до конюшни и бросился к первому попавшемуся жеребцу. Седлать коня было некогда, он вскочил на гладкую мускулистую спину, схватился за гриву и ударил лошадь по бокам. Жеребец встал на дыбы и понесся галопом.