1910-я параллель: Охотники на попаданцев

И все это время скулила подыхающая псина.

- Васёк, твою богу душу мать, это что за хреновина?!

- Да идрить твою налево!

- Господи, ну и хрень!

Посреди улицы стоял десяток одетых в серые шинели солдат, тащивших ружья, свёртки с палатками и котелки. Наверное, шли с манёвров в расположение.

Никитин остановился. Его шатало от такой нагрузки, и то, что бежать пришлось в экзоскелете, нисколько не радовало. Было жарко и тяжело. По спине ручьём бежал пот. Парень сплюнул слюну и, глубоко вдохнув, выкрикнул.

- Охотники! На попаданцев! Вали эту тварь!

- Какой, нахрен, валить?! Мы без патронов! – заорал в ответ старший, наверное, унтер.

- Да все не слава Богу, - выругался парень и начал неспешно наступать на монстра, выставив вперёд меч. Солдаты стояли и пялились, пока унтер не отвешал ближайшему подзатыльника.

- Штыки к бою!

Тогда десяток начал разворачиваться в шеренгу, сбросив имущество и выставив вперёд штыки. А десяток штыков – это уже много.

Тварь повращала головой, и приняла решение броситься на прорыв мимо Сашки.

Сорвавшись с места, богомол попытался проскочить между ним и забором, а парень в ответ с криком «Сука!» попытался достать ее мечом, но промахнулся. Уже понимая, что упустил монстра, Никитин услышал гул и удар. А когда повернул голову, то увидел Настю, стоящую с длинной оглоблей в руках, и чудовище, пятящееся назад, и со скрежетом сверчка-переростка трясущее головой.

- Получай! – завизжала девушка и ещё раз ударила тварь оглоблей. Та заскрипела сильнее, выронила замолкшую шавку и бросилась к забору.

- Не уйдёшь, сука! – закричал Никитин, выпустив меч, прыгнул и схватил существо руками за заднюю лапу. Тварь дёрнула конечностью, но парень вцепился в хитиновую ногу механической перчаткой намертво. Другая лапа несколько раз ударила в нагрудник, наплечники и чуть не угодила в лицо.

- Коли́! – раздалась команда унтера и подбежавшие солдаты начали всаживать в мягкое брюхо существа штыки, и бить прикладами. Тварь все не хотела подыхать, и лишь через долгие пять минут перестала дёргаться.

- Саша, все, - раздался рядом голос Насти, - оно сдохло. Отпускай.

Парень разжал пальцы, и протяжно выдохнув, рухнул на спину. Его трясло, а сердце колотилось, как стимпанковский паровой молот на кузне у гномов. Лишь некоторое время спустя он смог заикаясь заговорить.

- Без пирожков твоей мамки не уйду ни в жисть. А ещё водки. Литр. Не меньше.

- Мы его догнали. Догнали, - бормотала усталая Настя.

- Ещё бы. Ты ваще крутая. Прям, валькирия.