1910-я параллель: Охотники на попаданцев

Подпоручик скривился и вылил воду в графин, а потом достал из спрятанного под стол саквояжа большой бутыль. Янтарная жидкость наполнила гранёный стакан, и адъютант подал его барону. Тот одним залпом опрокинул сосуд, сдавленно вдохнул и протёр ладонью рот.

– Значит так. Я присмерти, но жив. Значит, другого не назначат. А они именно этого и хотят. Они пытаются просчитывать ходы. Повторюсь, их цели нам не известны, но можно ожидать других неожиданностей. Твоя задача – прочёсывать город. Просто вести поиск попаданцев и не кидаться в атаку.

Быть на виду. Вести бурную хаотичную деятельность. Нам нужна статистика. Посещаешь все места коротких пробоев, полностью записываешь, фотографируешь и уходишь. За местом будет скрытое наблюдение. И я запрещаю тебе геройствовать! Слышишь?! Запрещаю! Задерживаешь только тех, кого поймал при явном пробое. Точка.

– А в это время кто-то будет собирать остальные сведения? Кто-то очень осторожный, – предположил я.

– Да. Нам нужно знать насколько быстро они его вычислят.

Это очень важно. Тогда в будущем мы сможем действовать на опережение. Это самый первый шаг. Его светлость дал нам карт-бланш на любые действия. И помни, официально все ищут террористов.

Я кивнул. В этот момент сработал звонок на сотовом. Удивительно, но словечки, привнесённые Никитиным в наш коллектив, оказались ужасно прилипчивы.

Максимилиан подошёл к аппарату и снял трубку, вслушиваясь в щебечущий голос.

– Вас, господин асессор, – произнёс он, вытянув руку с трубкой.

Я подошёл и принял переговорную эстафету.

– Да.

– Евгений Тимофеич, – произнёс Иван, – пробои. Опять два. Обычные.

– Черт. Где?

– Один всего в километре от усадьбы в сторону рынка, второй в районе Заельцовского кладбища. Это загородом.

Я посмотрел на барона, который морщась приподнялся на локтях. Хорошо, никаких геройств. Пока. Но раз на виду, значит на виду.

– Передай Ольге… – начал я ставить задачу, запнулся на секунду, а потом продолжил, – Ивановне, она за старшую.

Пусть выдвигаются туда и ждут меня. Я скоро. Выдвигаются в броне! Слышишь? В броне!

– Так точно. В броне, – подтвердил голос.

Я положил трубку.

– Ваше превосходительство, с вашего позволения.

Дверь за мной скрипнула петлями. В голове кружились фрагменты мозаики. Но они были слишком разрозненными, чтоб сложиться в какую-либо маломальскую картинку. Они были просто осколками цветного стекла, разбросанного по полу. И нам предстояло сложить из них витраж.