Ойме

Ей не хотелось ничего спрашивать у карт, но мама вполне может принять отказ на свой счёт и обидеться.

– Я вслух задам, чего уж там. – Мама наклонилась и чётко сказала колоде: – Что будет с Егором?

А ведь хороший вопрос, как Лёка сама не догадалась. Не догадалась, хм. А может, лучше бы и не гадать?

– Мам, а тебе ведь та монахиня, которая твоя подруга, дала какие-то молитвы?

– Так это не для того, – отмахнулась мама.

– А ты всё равно читай. Вдруг поможет.

– Девочки, ну вы даёте, – усмехнулся папа.

– И карты, и кофейная гуща, и молитвы – и всё в кучу.

– Молчи, – шикнула на него мама. – Ну?

Лёка мысленно пообещала кому-то, что это гадание – только по необходимости.

Выпали весы, меч и рассвет.

– Весы – это правосудие, – пробормотала Лёка. – Меч – понятно, угроза. Но он лезвием вниз, значит, конфликт закончится, и будет мир. А рассвет – это хорошо. Всё обойдётся.

– Ну, слава богу, – перекрестилась мама.

Папа, отвернувшись, фыркнул от смеха.

Глава 22. Девятый день

Подготовка к празднованию дня рождения Лолиты Главновой шла полным ходом.

Для торжества был забронирован верхний этаж «Ойме», причём мамаша именинницы потребовала, чтобы и в нижнем зале на время праздника никого не было.

Марта в ответ на требования взвинтила цену втрое, но заказчицу это не смутило.

– Торт должен быть трёхъярусным, не меньше, – диктовала условия мамаша Главнова, сидя с Мартой за столиком в «Ойме». – На столах – не меньше пяти видов сыра, и чтобы все были натуральными, без всякой пальмы и консервантов.

Купите их в Ежевичной. Насчёт мясных и колбасных нарезок – те же требования. Вино мы закажем сами, тоже натуральное. Теперь рыба.

Лёка, стараясь ступать неслышно, подошла и поставила перед заказчицей венский меланж – немного эспрессо и полная чашка горячего молока с высокой пенкой и какао-посыпкой.

– Надеюсь, без сахара? – строго спросила заказчица.

– Как вы спросили, – тихо сказала Лёка и уже собралась было уйти, но мамаша Лолиты размешала кофе, глотнула и выплюнула его на скатерть.

– Почему остывший?! – Госпожа Главнова повернулась к стоявшей рядом Лёке.

– По этому рецепту всё должно быть горячее, – пробормотала на автомате Лёка, глядя сверху вниз в вырез Главновой. У краёв чёрного лифа виднелся большой кулон на золотой цепочке. Череп размером с кулак, украшенный драгоценными камнями.

– Какое горячее! Да оно ледяное! Вы чем слушаете?! Кто вас вообще нанял? – И она повернулась к Марте.