эльфы в новогоднюю ночь

Он отпустил ее из магических объятий и за одним развязал.

Лилиана, только что прочно вертикально висевшая в воздухе (головой вверх, он не хулиган), от неожиданности с приглушенным воплем рухнула на землю.

Падать было недалеко, примерно метра полтора, не больше. Ребенок бы не ушибся. Легонькая юная девочка просто опустилась на землю, как сухой лист. Уже опустившись, она, как ни в чем принялась сердито стряхивать корни, ветки и всякие растительные веревки, которые на нее навесил Дворовый Маг, поглядывая в его сторону.

Риканд поспешил к девочке, поднял ее, осмотрел ее и, не найдя физических повреждений и других особых опасностей, только после этого поблагодарил короля и его мага.

Игорь позавидовал благородным манерам эльфам. Он бы тоже помог убрать мусор. Особенно с длинных волос, со спины и ног, откуда ей не было видно. Юная красавица, хотела ли она этого на самом деле или нет, но своей реакцией и гибкими движениями еще больше привлекла к себе внимания. Хотя, конечно, по-прежнему холодная и вздорная, но такая красивая и почему-то теплая.

Она так сверкала взглядами именно в сторону Игоря, что, попроси она что угодно, он бы, не задумываясь – хоть драгоценность, хоть шоколадку или мороженное, - сразу бы дал.

Снежок был более практичным. Поведение Риканда, как примерного отца, он отметил положительно. А вот девочка больно горяча. Он ей на колени забираться не будет. Пусть вертит косы за пределами дворца.

И король сделал вывод, благо здесь было только четверо и можно было сказать прямо:

- Лилиана, твое поведение слишком вызывающее и грубое для королевского дворца.

Я, точнее, даже мы для официоза, не считаем возможным твое присутствие среди придворных не менее десяти суток, пока не будешь вести более благородно и вежливо. Граф Эруэл, к вам, конечно, это не относится. Вы должны быть при дворе во время моей коронации.

Снежок был настоящий дипломат. Все накопившиеся возражения эльфа немедленно исчезли. Он, конечно, будет всегда бороться за авторитет своей приемной дочери, но благорасположенность могущественного короля, которому еще править и править, выше простой обиды Лилианы, которая, к тому же сама виновата своим поведением.

Подумаешь, король высказал предположения, не приказ же дал. Будет потом знать, как нос задирать в присутствии Азанта. Еще и легко отделалась. Пусть лучше на Дворцового Мага поглядывает. Судя по его реакции, он уже влюбился. Что, впрочем, совершено не мешает ему быть враждебным. А может и влюбленным. Пусть их.