Испытательный срок

Слышала бы это мама! Впрочем, лучше не надо, иначе к бабушке с вопросами побежит уже она, причём с прямо противоположными.

– А если попробовать ещё кого-то зачаровать? – наугад предположила Ира. – Вдруг старый приворот снимется сам собой?

– Я об этом не думала, – Анька воспряла духом и погладила колечко. – Заодно проверю ещё разок… Спасибо!

– Смотри не ошибись, – посоветовала Ира. – А то подвернётся какой-нибудь… контролёр.

Сафонова хохотнула, но как-то неуверенно. Ира едва удержалась, чтобы не закатить глаза. Вот бы подружку в отдел на денёк – послушать склоки и вытерпеть десяток-другой придирок, живо раздумала бы охотиться на тамошних обитателей! С Анькой они расстались, по обыкновению, у дверей столовой, а в лифтовом холле Ира наткнулась на дражайших коллег.

Контролёры стояли кучкой в стороне от осаждающей подъёмники толпы и оживлённо болтали; Чернова видно не было, а Оксана несла, по обыкновению, большую коробку с пирожными. Куда-то наружу они ходят обедать; столовая, видимо, недостаточно хороша. Ира сделала вид, что никого не заметила, и на волне людского потока втиснулась в ближайший лифт.

Посидеть в тишине и спокойствии довелось минут пять, не больше. Потом в коридоре грянул взрыв хохота, а через миг вся компания ввалилась в кабинет. Андрей смущённо улыбался, Оксана аккуратно смахивала из уголков глаз выступившие слёзы, остальные ржали в голос. Ира остро почувствовала себя чужой.

– Ну, я ему, конечно, сказал, что это просто суеверие, – извиняющимся тоном протянул Бармин, заставив Макса взвыть от смеха.

– Но не сразу…

Ира поймала себя на том, что хочет услышать всю историю, однако спрашивать было как-то нелепо. Под затихающие смешки все рассаживались по местам, а Тимофеева, как всегда, сбегала в переговорную наполнить чайник. Витавшее в кабинете приподнятое настроение давило не хуже гидравлического пресса.

– Налетай, – торжественно объявила Оксана, картинным жестом распахивая коробку.

– Да как их взять-то? – озадаченно спросил Макс, заглядывая под крышку. – Развалятся же.

– Вот тебе резон повышать категорию, – назидательно сказала Тимофеева. – Ложкой цепляй, раз лапами не можешь.

Вдоволь понаблюдав за беспомощными попытками Макса ухватить угощение, она реквизировала у него чайную ложечку и, ловко орудуя сразу двумя, переложила на свёрнутый лист бумаги что-то многослойное и обильно политое шоколадом. Следом из коробки явились ещё четыре порции; не был обделён даже отсутствующий Чернов. Оксана задумчиво скомкала в пальцах салфетку.