Испытательный срок

Теперь выходило, что младший офицер отдела магконтроля Некрасов проявил преступную халатность и прохлаждался на крылечке, пока общественно опасный элемент делал ноги из сердца Управы. И, что характерно, тоже ведь был понедельник…

– На, разбери, что ли, – сердобольная Ксюша протянула ему пухлую папку. – Неделю уже никто не занимался…

Макс безропотно принял поручение. Разбирать прошения ненавидели решительно все, однако с тех пор, как Костя окончательно допёк последнюю секретаршу, заниматься этим приходилось самим.

Уж, конечно, не старшим офицерам, хотя Оксанка иногда и помогала из человеколюбия. Вооружившись ручкой и терпением, Макс принялся читать первый лист, и тут вкрадчиво щёлкнул дверной замок. Ксюша моментально вытянулась в струнку и оскалилась в верноподданнической улыбке. Верховский собственной персоной величаво вступил в кабинет, мрачно оглядел владения и, разумеется, остановил тяжёлый взгляд на неосмотрительно высунувшемся из-за монитора Максе.

– Максим, зайди ко мне, пожалуйста, – убийственно спокойно велел начальник и неторопливо прошествовал между столов в своё логово.

– Иди, – шепнула Ксюша, едва за шефом закрылась дверь. – Двум смертям не бывать.

Макс и сам знал. Лучше уж остаться в поле один на один с десятком упырей, чем тащиться на ковёр к Верховскому. Выкинет из отдела, отправит в какое-нибудь кишащее нежитью урочище или просто смешает с грязью, заодно дав команде повод для издёвок месяца на два вперёд? Неизвестно ещё, что хуже… Макс нарочито медленно отложил папку с прошениями и побрёл к кабинету начальника, как на эшафот.

– Садись, – приказал Верховский, кивая на притулившийся у массивного стола низенький стул. Сам шеф предпочёл взирать на подчинённого сверху вниз, прислонившись спиной к шкафу и скрестив руки на груди. Высокий, крепко сложенный, ещё не старый, он напоминал идол какого-нибудь воинского божества, гневающегося на нерадивых прислужников. – Скажи, пожалуйста, должен ли я прочитать тебе лекцию о важности отчётных процедур или ты достаточно всё прочувствовал за прошлую неделю?

– Достаточно, – ответил Макс, сдержав вздох.

За какие-то четыре дня он успел столько раз написать «Я, нижеподписавшийся Некрасов Максим Николаевич», что почти возненавидел собственное имя.

– Охотно верю, – Верховский насмешливо хмыкнул. Он все эти бумажки заверял и абсолютно точно был в курсе их количества и содержания.