Дотянуться до небес

– Хочу, но только за то, что ты заперла меня в этой чёртовой каменной клетке, – в шутку сказал мужчина, но по выражению лица девушки понял, что лучше бы этого он не говорил. – А меч, копьё, честно говоря, я даже не знаю, тянет меня к ним… Есть в них что-то интересное и притягательное… – задумчиво произнес Олег.

–Ха… Сын своей матери, – усмехнувшись, произнесла Ламия. – Хорошо, Жак, я приняла решение, и теперь намерена услышать твой ответ. Выйдешь ли ты за меня, станешь ли моей левой рукой и возьмёшь ли титул императора Ламийской Империи? – стукнув кулаком по столу и гордо выкатив грудь, произнесла Императрица.

– Выйду, но при нескольких условиях… – от такой наглости и дерзости Ламия на мгновение забыла как дышать, следом покраснела от злости, но, успокоившись, всё же выслушала парня.

Позолоченная карета в составе добрых двух сотен стражниц медленно выехала из особняка. Визит, несомненно, увенчался успехом, но… – «это сомнительное послевкусие»… – после разговора с Жаком, не давало Ламии покоя.

«Кто из кого ещё веревки вьёт, мелкий паршивец…» – усмехнулась женщина вспоминая требования её жениха.

Первое – «право на свободное перемещение по столице» – очень глупое требование, которое он бы и так само собой получил в тот же миг после свадьбы. Разумеется, не в гордом одиночестве, но всё же.

Второе – «право на вмешательство в управления внешним кольцом трущоб» – вот это было одно из самых непонятных и сложных причуд, изъявленных парнишкой.

Трущобами правили убийцы, работорговцы, бывшие авантюристы да и по большей части обычные преступники. Уже больше трех столетий этот район не подчиняется властям столицы, «они не трогают главные тракты идущие из города, мы не трогаем их» – это было главным условием.

– Слава богу, это всего лишь «право на вмешательство»… Так бы пришлось устроить бойню прямо в городе… – усмехнулась Ламия, вспоминая решительный и такой женственный взгляд парня, когда он с огнем в глазах обсуждал эту тему.

Мальчику явно было не безразлична судьба столицы, от чего сердце девушки наполнялось непонятной детской радостью.

Третье: пара зданий в ремесленном квартале – это даже и просьбой назвать сложно, множество капризных дворян могло запросить целый район, где производись дорогие наряды, а тут сущая мелочь… «Продешевил?»

Четвертое: создание боевого ордена – очередная юношеская прихоть.