Страж Грани Лёлька

Если собеседник о своем интересе не помнит — кто ему лекарь? И не полагайтесь на совесть и мораль, у нелюдей ее нет и быть не может.

— Ну почему, вон домовой, переживает же за хозяйку.

— Он не за хозяйку переживает, он за себя боится. Если Вера Васильевна будет также силы терять, она их потянет ото всюду, где найдет. Был бы домовой привязан к дому, он бы не волновался, не было бы ему дела ни до кого. Но он привязан к роду, а наш доктор в роду последняя. Если она просто спокойно умрет, то домовой останется в доме и имеет шансы сменить привязку и жить дальше.

А вот если Вера Васильевна силы стягивать начнет, а она непременно начнет, то домового просто развеет. Отдаст он силы хозяйке и рассеется. Так что причины для беспокойства у него чисто эгоистические. Нелюдей-альтруистов не бывает, как не бывает нелюдей эмпатичных и сочувствующих. Нечем им это делать. Не люди они.

— Ну ты уж нас чисто жутью показываешь, — вмешался домовик.

— Жутью? А ты меня поправь, если ошиблась. Я повинюсь, — ответила Лелька — То-то же, —продолжила она, глядя на поникшего домовика.

— Давай-ка дедушко-суседушко, рассказывай, что за помощь надобна. Заодно объясни, чего ради нам, или хотя бы мне, в это ввязываться, и есть ли у нас шансы уцелеть. Крылатый-то не порадуется, если у него жертву из рук вырвать.

— Не порадуется, только сделать он ничего не сможет. Гляди, ведающая. — домовой протянул девушке медальон. поразительно похожий на ее собственный. — Это оберег родовой, старинный. Ушла из него сила, а новую добавить больно непросто.

Ты его открой, не бойся, поконом клянусь, зла тебе не будет.

Лелька пропустила сквозь пальцы изящную цепочку, присмотрелась к золотому овалу и нажала хитрый шпенечек сбоку. Судя по всему, открывали медальон очень давно. Однако вставив иголку в появившуюся тонюсенькую щель, девушка смогла развести в стороны створки. Внутри медальона лежала чешуйка, похожая на змеиную. Лелька хотела спросить, при чем тут змея, но домовой предупредил вопрос:

— Посмотри, веда, на чешуйку не глазами, а искрой.

Только осторожно, ресницы прижмурь.

Последовав совету, Лелька чуть не вскрикнула от удивления. Оберег, даже ослабленный временем сияли переливался, будто драгоценный опал.

— Не простая это вещь, — вновь заговорил домовик. — Это чешуйка змеиной царицы, что служила самой Диве-Додоле. Давно, на заре времен, получили Верушины предки ее в дар, чтобы берегла она их род от бед и несчастий. Оберег это передать нельзя, только принадлежащие к роду вправе им владеть.