Страж Грани Лёлька

Заинтригованный мужчина послушно уселся и приготовился к чудесам.

Он не видел, как веда отсыпала вокруг него круг заговоренными травами с каплями его крови, не слышал наговор. Только через полчаса смертельно уставший человек открыл глаза.

— Скажите, это правда?

— Что именно? Что твоя мать перед с-с-смертью с-с-свою душ-ш-шу в кольцо заперла? Правда.

— Зачем же она это сделала? Как смогла?

— Как — это просс-с-то. Видимо были у вас в роду знающ-щ-щие, вот и ей капелюшечка перепала. Ее она и отдала в оплату.

Ее, с-с-свою душу и пос-с-смертие.

— Зачем? Как мне теперь жить со всем этим?

— Она не хотела тебя ос-с-ставлять. Ты был ее мальчиком, ее с-с-счастьем и жизнью. Она боялась, что тебя с-с-снова предадут.

— То есть, все эти провалы в памяти это…?

— Да, твоя мать пос-с-степенно занимала тела твоих жен. Она была уверена, что только она не причинит тебе боли, поможет, поддержит, позаботитс-с-ся.

— Значит, она и вместо Насти могла бы?

— Все не так прос-с-сто. Две душ-ш-ши в одном теле не живут.

Твоя мать была с-с-сильнее, она вытес-с-сняла души твоих женщ-щ-щин. Но никто не хочет отдавать с-с-свое. Твои жены предпочли умереть, когда поняли, что не могут больше с-с-сопротивляться.

— И что теперь мне делать?

— Лучш-ш-ше всего положить это кольц-с-со в могилу твоей матери.

— То есть вскрыть могилу?

— Не обязательно. Можно прос-с-сто прикопать поглубже. Пока положи кольцо с-с-сюда.— на столе материализовался металлический коробок с солью.

— Серебро? — понимающе спросил мужчина.

— Да. Да не бери голой рукой!

Подняв перстень с помощью обычного карандаша, Евгений убрал его в коробок, и, немного помявшись, спросил:

— А маме помочь никак нельзя?

— Нет. Она -с-ссделала свой выбор. Ее душа отс-с-служит свой срок тому, кто дал ей с-с-силы на колдовс-с-ство, а потом развеется. Выбор, с-с-сделанный доброй волей, отменить нельзя.

— Спасибо вам. Кто бы мне такое рассказал, сроду бы не поверил.

— И тебе не поверят.

— Да я и не скажу, а то точно в дурку оформят.

Когда за посетителем закрылась дверь, веда осторожно выглянула в окно, и только убедившись, что пара уехала. скинула балахон. Сил не было, хотелось упасть и никогда не вставать, но предстояло еще почистить квартиру. Оставлять следы сегодняшнего ритуала было нельзя.

Только через три часа еле живая Лелька доползла до дома. Однако мечтам о теплой ванне и сладком чае сбыться было не суждено. У подъезда стояла до боли знакомая машина.