Под крылом Великого Лебедя

Михаил Николаевич уже просто перестал удивляться и смирившись молчал, ожидая конца всего этого действа.

- Что же касается второй части вашего вопроса, то я пришёл помочь вам собраться, вы же раньше никогда не ходили в походы?

- Н-нет, как-то не довелось

- Отлично, как я и думал! Вам очень повезло, что есть я и мой богатый жизненный опыт, где у тебя лежит пилум?- спросил Аполлинарий и направился в комнату.

- Пилум? Какой к чёрту пилум? При чём здесь вообще эта древнеримская палка?

-Это вы, батенька, зря,- бесцеремонно вытаскивая из шкафа старый, ещё с институтских, а до него и школьных времён рюкзак, ответил Михаилу его собеседник, затем оттуда же извлёк на свет несколько трусов, три пары носков, майку алкоголичку и джинсы с футболкой, после чего прошествовал в ванную, взял оттуда зубную щётку и пасту, сложил всё в рюкзак и закончил фразу, - во времена моей юности, пилум был другом настоящих мужчин, весь мир дрожал, когда слышал как по дорогам идут наши легионы!

Михаил молча взирал на столь вызывающее обращение со своими вещами, казалось, он впал в некое подобие транса.

До него только сейчас дошёл смысл сказанной Аполлинарием фразы:”Если верить его словам, то ему больше пятнадцати веков, значит он родился где-то примерно во второй половине пятого века нашей эры, Рим пал, если мне не изменяет память в начале пятого века, а потом через полвека его добили окончательно...Он родился через несколько лет после падения Рима, но говорит о легионах и об их славе так, будто империя была в зените…Быть может, он из Византии, но тогда причём здесь пилум…Помнится что-то на истории говорили, что Византийцы продолжали считать себя Римской империей”. От размышлений о прошлом Аполлинария его отвлёк, собственно сам Аполлинарий, который подошёл и протянул Михаилу сначала рюкзак, а потом руку.

- Держись крепко, Гарри, сейчас мы будем учиться трансгрессировать!

Михаил даже не успел удивиться, как почувствовал, что его рука находится в надёжном захвате, а мир куда-то сдвинулся.

Глава 4. В КОТОРОЙ МИХАИЛ НИКОЛАЕВИЧ НЕОЖИДАННО ОЩУТИЛ СЕБЯ ГОРДОЙ ПТИЦЕЙ ЁЖИКОМ, А ПОТОМ РЫБОЙ-ТОПОРОМ

-Ну-с, вот мы, батенька, и на месте, добро пожаловать в Нижний Новгород!

Первое, что, открыв глаза, увидел Михаил Николаевич, было колесо обозрения. Затем, повернувшись влево, он с некоторым изумлением увидел, явно выбивающуюся из стилистики типичного спальника, окружённую многоэтажками, маленькую красную… мечеть.