Видишь Суслика?

Она возникла словно из ниоткуда.

Длинный хвост белокурых волос струился по спине и… Вал захлопал глазами и открыл рот. Девица была обладательницей роскошного лисьего хвоста.

«Извращенка?» – он припомнил хвостики из сексшопа. У парочки его подружен были такие для взрослых игр, но ходить так по лесу… Да и вид у дамы был не особо игривым.

«Может, мы кому-то томный вечер испортили?»

«Кицунэ! – панически запищал маленький Суслик из своей норки, – это она в наших душах копалась!»

- Ах ты сучка крашеная! – возмутился Вал.

А чертовка стояла ухмыляясь. Кажется, она легко читала его мысли. И ей это доставляло большое удовольствие.

- Хватит таращиться, коза дранная! – это было не по-джентельменски, но Валу крайне не понравилось, как его развели на слезы и сопли.

Девица улыбнулась, продемонстрировав острые зубки хищницы.

- Коно-яро! Ахооо! – последнюю гласную она нарочито растянула.

- Тупица деревенская, дурачок. – услужливо пояснил Кадзуо, хотя Валентин и сам прекрасно понял.

- Иди ко мне, детка.

Но в этот момент на Кицунэ бросился Хорёк. Вал мысленно сделал фейспалм – движения бойца были слишком явными и читались на раз. Сёго собрался сделать маваши-гери. Не слишком хорошее начало боя. Девушка лишь пожала плечами и поймала парня за ногу, которой тот собирался нанести удар. Раскрутила, будто собиралась метнуть молот, и отправила в дальние кусты. Суслик оценил силу противника – явно лига Ласки и Пумы, вместе взятых.

«Концепция меняется.

Лиса прыжком повалила его, хотя Вал был уверен, что увернется. Но девица легко просчитывала каждый его маневр. Удар, блок. Еще удар. И снова Суслик лупил лишь воздух, в то время как его задница получала все новые пинки от кицунэ.

Вал демонстрировал свои лучшие приемы, но они вызывали лишь сдержанное хихиканье противницы. Она снова поймала кадета, щелкнула по носу, развернула и отвесила такой смачный пендель, что Суслик всем своим весом впечатался в дерево.

Единственное, что он понимал: оборотень не собирается его убивать, она играет с ним. И жрет его злость и ярость. Отскребая себя от клёна, он постарался приглушить все эмоции. И как заводной, стал вспоминать «Слово о полку Игореве». В свое время отрывок никак не давался ученику Валентину, но, когда он все же вызубрил текст, тот был высечен в подкорке словно в камне.