Эй, влюбись в меня! Том 2

– В нашем высокотехнологичном мире практически невозможно исчезнуть, и зачастую, когда такое происходит, пропавшие больше никогда не возвращаются домой. Алекс, я понимаю, это сложно принять, но поверь, я знаю, кто такая Франческа, и знаю, кто её отец. Скорее всего, они просто узнали, кто твой отец, под предлогом покровительства завлекли тебя на свою территорию, вручили украденную у наших учёных разработку, а после, добившись твоего полного доверия, рано или поздно всё равно использовали бы тебя как оружие.

Причём использовали бы скорее всего против твоего же отца!

Я понимаю, мы почти незнакомы, но поверь, Алекс, я последний человек на земле, что может желать тебе зла.

– А ты действительно много знаешь, Мария… – ошарашено почесав голову, в попытке сходу переварить всё, что вылилось на меня, на выдохе проговорил я.

– Это несложно, когда в твоих руках власть если не над всем городом, то как минимум над его половиной… – с улыбкой на лице, продолжая всё глубже погружаться в море заблуждений, ответила Ультрэ.

Глава 9

– Во что же ты, Дэвид, влез… – Говоря об отце, как о ком-то постороннем, припала лицом к столу Мария.

Скрывать от Марии те крупицы информации, собранные мною, я не стал, практически всё, что мне было известно, пришлось выложить. И к моему сожалению или её счастью, практически обо всём Ультрэ и отдел разведки уже знали. О враге внутри организации, академии, на улицах и прочих местах… Казалось, ничто не может удивить всезнающее око, но всё же мелкая деталь её задела.

Не знаю, виной тому моя сила или её чуть охмелевший ум, впервые попробовавший алкоголь, но известие о том, что я состою с Франческой в довольно тесных дружественных отношениях, ту слегка задело.

– Но она же преступница, как и её отец… – скривившись от очередного глотка, протянула Ультрамарин, а затем, рассмеявшись с собственной неозвученной шутки, добавила: – Хотя если с другой стороны поглядеть, то я, как и мой отец, тоже преступница… Обидно.

Речь красотки вновь подвела меня под черту, за которой, балансируя на невидимых весах, разместились такие слова как преступник и злодей. Все ли злодеи – преступники? И неужели среди преступников все как один тоже злодеи? Когда мы жили с отцом вдвоём, всегда знали, кто из нас двоих намусорил, не помыл за собой тарелку или не поднял стульчак в деревенском туалете.